Поиск

Рождественская, Кожевенная

Пост обновлен окт. 22



Красные казармы (Нижневолжская наб., 1а, 1б)


До конца XVII в. стрельцы нижегородского гарнизона жили в городе собственными дворами в особых стрелецких слободах, с петровских времен - определялись на постой к посадским, из-за чего возникало множество конфликтов. Также по домам обывателей распределяли и рекрутов (призывников).


На рубеже XVIII-XIX вв. местные дворяне на собственные деньги на территории Нижегородского кремля выстроили для гарнизона два каменных корпуса казарм, но большая часть офицеров и солдат оставалась жить на постое.


При разработке в 1834 г. проектов коренного градостроительного переустройства Нижнего Новгорода городское общество обратилось в Министерство внутренних дел с просьбой о возведении за свой счет каменных военных казарм. Получив разрешение, архитектор И. Е. Ефимов в 1835 г. спроектировал под кремлем комплекс из четырех зданий: два жилых 3-х этажных на подвалах для 2600 человек и соответствующие дворовые службы (конюшни, кухни, кладовые). Смету разработал архитектор П.Д. Готман.

Ефимов и Готман приняли на себя общий контроль за строительством. Проект казарм был утвержден в 1837 году, фундаменты заложены в 1838 году, в 1844 году вчерне были выложены многие стены корпусов. Красные казармы были построены по обеим сторонам Живоносовской церкви, стоявшей у Зачатьевской башни Кремля. Это строительство оказалось весьма долгим. Отделка казарм продолжалась до 1853 года, когда в корпусах разместились солдаты гарнизона и жандармские роты, а горожане навсегда избавились от квартирной повинности.


С 1910 по 1914 г. здесь был расквартирован Екатеринбургский мушкетерский полк. В составе 10-ой пехотной дивизии его личный состав героически проявил себя на фронтах Первой мировой войны. В советское время здесь размещалась воинская часть по сопровождению военных грузов, санитарно-эпидемиологический отряд воинской части 52257, затем Военторг.


В 1998 году воинская часть прекратила своё существование. В 2012 г. объект был передан городу. Здесь планировалась гостиница к Чемпионату мира-2018, однако к оборудованию гостиницы так и не приступили.



Памятник Петру I


Перед Зачатьевской башней - памятник Императору Всероссийскому Петру I. Пётр стоит, выставив вперёд правую ногу, в правой руке он держит свиток, на поясе шпага. Волжский ветер раздувает полы его кафтана, и создаётся впечатление, что он шагает вперёд.


Взгляд его устремлен на речные просторы. Работа выполнена известным нижегородским скульптором Алексеем Щитовым и архитектором Сергеем Шороховым. Высота бронзовой статуи составляет 3,7 метра, 3-х метровый постамент выполнен из гранита и бетона. Вес памятника порядка 3-х тонн и был он установлен здесь в 24 сентября 2014 года в день 300-летия образования Нижегородской губернии.


Памятник царю – реформатору появился в Нижнем Новгороде не случайно. История города тесно связана с историей петровских военных походов. Здесь, на нижегородской земле начинается история военного флота России.


Для справки


Пётр I в Нижнем Новгороде


Впервые Пётр I посещает Нижний Новгород в мае 1695 года. 23-летний государь лично возглавляет поход на Азов. Крымское ханство при поддержке Турции представляло тогда прямую угрозу Российскому государству. Постоянные набеги разоряли южные границы России. Турция отказала русским купцам в праве на свободное плавание по Азовскому и Черному морям. Предыдущие походы русских армий на Крым оказались неудачными, и Петр I принимает решение идти на Азов. Ведь крепость Азов в устье Дона – это ключ к Азовскому и Чёрному морям. Её захват позволил бы России закрепиться на побережье Азовского и обеспечить выход в Чёрное море.


Для успешного ведения военных действий требовался флот, способный быстро маневрировать и воевать в морских условиях. Нижний Новгород как нельзя лучше подходит для строительства военной флотилии. Сюда из Москвы были присланы специально обученные корабельные мастера. Указным порядком вводились новые конструкции кораблей и новые строительные технологии. Например, чтобы сделать суда легче и устойчивее на волне, их борта перестали рубить из цельного дерева, а лишь обшивали шпангоуты толстым дубовым тесом. Поэтому объявлялись заповедными все нижегородские дубравы. Отныне вековые дубы разрешалось рубить только по специальному разрешению царских воевод, а позднее – Адмиралтейства.


Большая часть войска, в 120 тысяч человек, состоявшая из дворянской конницы и казаков, под командованием воеводы Бориса Петровича Шереметева направилась к Азову сухим путем. А небольшая часть армии, 31 тысяча штыков и осадная артиллерия во главе с царем на 190 боевых стругах плывут по Москве – реке, и далее по Оке и Волге.


В Нижний Новгород Пётр I прибывает 16 мая 1695 г. и проводит здесь целую неделю. Он даёт своему войску отдохнуть, пополнить запасы провизии и пересесть с мелких речных судов на более крупные. А готовились к походу основательно! По царскому указу крестьянам и посадским людям велено было приготовить для похода мед, пиво и квас. Требовалось закупить белуг, осетров, стерлядей, щук, судаков, лещей. Заготовить мясо быков, баранов, гусей, кур, ветчину, масло, сметану и творог. По преданию, царя разместили в доме купца Ефима Чатыгина (документальных свидетельств не имеется). Дом сохранился до наших дней. Он находится на улице Почаинской, 27, и до сих пор в народе его называют «Домиком Петра».


После Азовских походов Петр I начинает рассматривать Нижний Новгород как важный внутренний порт России. Своим указом от 26 января 1714 г. Государь выводит Нижегородскую провинцию из состава Казанской губернии. В грамоте, которую держит в руках бронзовый самодержец написано: «Нижегородской губернии быть особо….!». Первым нижегородским губернатором становится бывший дипломат Андрей Петрович Измайлов.


Во второй раз Пётр I посещает Нижний Новгород в 1722 г. в рамках подготовки к Персидскому походу и проводит здесь 4 дня. Перед этим, осенью 1721 года генерал-майор Юсупов получает от царя приказ: «Ехать в Нижний и…, приехав, обыскать там из новоманирных судов, кои лучше, и сделать из них наскоро 20 судов на морскую маниру». 26 мая 1722 г. Петр прибывает в Нижний Новгород. Здесь его уже ждут подготовленные суда. Но государь находит эти корабли мало пригодными для морского плавания. Он приказывает делать новые, более прочные суда и для этой цели распоряжается построить в Нижнем Новгороде судостроительную верфь. 30 мая 1722 года государь торжественно празднует в Нижнем Новгороде свое 50-летие. Он посещает гробницу Козьмы Минина в Спасо-Преображенском соборе в Кремле и, низко склонив голову, произносит: «На сем же месте погребён освободитель и избавитель России!...».


Рубеж XVII и XVIII столетий стал для России временем серьезных преобразований Петра Великого. Нижегородцы пережили все тяготы бурной Петровской эпохи с ее реформами, длительной Северной войной, рекрутскими наборами, массовыми мобилизациями на строительство Петербурга и российского военного флота. Но история Нижнего Новгорода осталась неразрывно связанной с именем царя - реформатора.



Зачатьевская (Зачатская) башня (Кремль, 2г)


С начала XVI века Нижний Новгород становится главным форпостом русского государства в борьбе против Казанского ханства и базой для освоения земель вниз по Волге. Деревянные крепостные укрепления перестают соответствовать новым стратегическим задачам.


Первоначально планировалось построить каменную крепость в границах уже существующих древоземляных укреплений. Они располагались по вершинам Дятловых гор. В 1509 г. Василий III приезжает в Нижний Новгород и, осмотрев местность, приказывает «стены гратцкие вниз прибавить». Смысл царского решения – защитить каменной стеной прибрежную часть города. Строители подводят кольцо стен к самому берегу Волги и возводят 4 «нижние» башни: круглые Борисоглебскую и Белую, и проездные Ивановскую и Зачатскую.


Своё название Зачатская башня получила в честь стоявшего тогда рядом с ней, но за стенами Кремля Зачатского (Зачатьевского) женского монастыря. Самое раннее дошедшее до нас описание башни относится к 1621 – 1622 гг.


К сожалению, подлинное сооружение до наших дней не сохранилось. Искусство древних строителей оказалось бессильно против воды. Грунтовые воды подмыли фундамент и под собственным многотонным весом башня и прилегающие к ней стены начали проседать вниз. Попытки спасти постройки не дали результатов. В 1785 г. северная часть стены с Зачатской и Борисоглебской башнями была разобрана. То что мы видим перед собой сейчас – это реконструкция 2012 г. Она была сделана на основании археологических раскопок и исторических документов, поэтому только повторяет оригинальное сооружение. А теперь несколько слов о внутреннем устройстве башни.


В первом ярусе башни для проезда внутрь крепости мы видим арочные проёмы высотой примерно 3,5м. Они закрывались обитыми железом створными воротами. В случае опасности, ворота дополнительно закрывались снаружи бревенчатым подъемным мостом. Внутри 1 этажа башни по одной оси располагались 3 помещения (камеры). Два небольших, куда убирались створки ворот, и одно большое - основное. В маленьких камерах в стенах были устроены специальные пазы. По ним сверху опускались защитные решётки – герсы.

Герсы отрезали проникшего внутрь противника от основных сил.


Внутри башни по вертикали имелись 3 этажа - яруса. Они назывались «боями». «Верхний бой» - это самая верхняя площадка под крышей. От попадания вражеских стрел и пуль защитников крепости предохранял парапет толщиной в 2 кирпича и высотой 90см. На парапете возвышались зубцы, за которыми можно было спрятаться в полный рост. Для ведения огня по противнику между зубцами имелись большие окна, а в зубцах бойницы. Ниже располагался ярус «среднего боя». И третий, самый близкий к земле этаж назывался «подошвенным боем». Это «бой» позволял защищать башню с флангов и простреливать нижнюю часть стен.


Бойницы «среднего» и «подошвенного боя» облицованы белым камнем. Камни были особым образом сточены, чтобы обеспечить защитникам максимальный угол поражения при стрельбе и наибольшую защиту от вражеского огня. К каждой бойнице примыкало помещение для стрелка – «печура». В печурах была установлена лёгкая артиллерия – пищали. Пороховые газы отводились из «печур» по специальным каналам.


Еще одной отличительной особенностью Зачатской башни было наличие рядом с ней родника. Во время осады ключ с чистой водой был воистину «живоносным» для защитников крепости! Поэтому позднее, в 1702 г. на этом месте был основан одноименный монастырь с храмом в честь иконы Божией Матери Живоносного источника. А ещё позднее проездные ворота, сооружённые в XIXв. на месте разобранной башни, в память об этом именовались, как «сход к Живоносному источнику».


Зачатская башня была реконструирована и торжественно открыта в День народного единства 4 ноября 2012 г. Это был год 400-летнего юбилея победы нижегородского народного ополчения под руководством Минина и Пожарского. Именно в этот день Нижегородский Кремль предстал в том виде, каким его создали древние зодчие.


Сейчас в помещении Зачатской башни располагается музейная экспозиция. В ней рассказывается об истории реконструкции башни и археологических раскопках на территории Нижегородского кремля. А в стеклянном пристрое можно увидеть подлинные фрагменты древних стен и фундаментов башни.



«Полицмейстерские нумера» (Кожевенная, 16)


Доходный дом полицмейстера Махотина - объект культурного наследия регионального значения, был построен в 1820-х годах. Автором проекта здания является губернский архитектор Иван Ефимович Ефимов.


Владелец доходного дома Антон Ефимович Махотин был довольно колоритной фигурой среди нижегородских полицмейстеров. Ветеран войны с Наполеоном, в Бородинском сражении он потерял правую руку, вместо которой потом пользовался железным крюком, привязанным ремнями к плечу. Своей искусственной рукой Махотин владел мастерски - мог и нерадивого подчиненного побить, и колоду стасовать за карточным столом, и мзду принять от просителя. Впрочем, взяточником Махотин сделался не сразу.


На первых порах своей полицейской службы вояка «брать» церемонился, всегда говорил, когда ему подносили: «Ну, это кажется, много!» Но позже вошел во вкус и каждому, кто приносил ему взятку, ласково, но настойчиво выговаривал: «Что-то ты скупиться стал, маловато даешь».


С течением времени Махотин разбогател. Через пять лет службы он купил хутор возле Марьиной рощи и два дома в Нижнем Новгороде. Взятки оказались не единственным способом полицмейстерского обогащения. Махотин стал также известен, как «фабрикант-предприниматель». На Нижегородской ярмарке он скупал по дешевке чихирь у кавказцев, «фабриковал» из него шампанское и заставлял готовый продукт продавать содержательниц ярмарочных «веселых домов».


Особенно отличился Махотин по делу розыска потомков Кузьмы Минина. Николай I во время пребывания в Нижнем справился у губернатора, существуют ли потомки Кузьмы Минина, и, услышав, в ответ одно заикание, распорядился: «Отыскать таковых! Если остались, я награжу их за службу предка».


Розыск неизвестных и беглых лиц являлся обязанностью полиции. По этой причине поиски потомков знаменитого нижегородца поручили Махотину. Тот взялся ревностно за дело, но малограмотному вояке оказались не по плечу архивные изыскания. Желая как-то выслужиться, он пошел на подлоги объявил своеобразный аукцион. Причислить себя к потомкам знаменитого нижегородца мог любой желающий и хорошо заплативший полицмейстеру.


Набрав уйму «претендентов», Махотин отправил нарисованное им на громадном листе бумаги «родословное древо» царю, в надежде на великие блага и богатые милости. Действительность ожиданий не оправдала. «Древо» было возвращено в Нижний с высочайшей пометкой по адресу полицмейстера: «Дурак!»


Впрочем, нижегородская история сохранила память и о проявленной им своеобразной смекалке. В сороковых годах принудительно вводились по всей северо-восточной России посевы картофеля. В Нижегородской губернии под картошку было отведено земельное пространство между Нижним и Кстовом. Начальство силой заставило рассадить картофель, но население противилось. Староверы называли картофель "семенем диавола" и не желали видеть его в своем обиходе.


И тогда Махотин предложил поставить караул у картофельных полей! Расчет оказался верным: запретный плод сладок – деревенские мальчишки принялись воровать клубни, пекли их в золе, и постепенно картошку полюбили и взрослые. Закончил жизнь Махотин в чине генерала, крупным нижегородским помещиком.


В 1839 г. в нумерах Махотина останавливался французский писатель Маркиз де Кюстин. Его принимал губернатор Бутурлин. Француз снял здесь помещение для проживания по цене дорогого отеля в Париже. Его поразило обилие тараканов. Но пришлось мириться с неудобствами за неимением лучшего. На Ярмарку тогда приехало около 200 000 человек, а местное население составляло всего 20 000 жителей.


Дом к середине XIX века был продан и стал доходным домом купцов Фроловых.


Чайная «Столбы» (Кожевенная, 11)


На проекте этого дома император Николай I в свое время написал: «Кизеветтеру объявить монаршее удовольствие за красоту сего фасада».


Г.И. Кизиветтер был архитектором здания, а заказчиком и владельцем- купец 1-й гильдии Федор Петрович Переплетчиков. Этот человек пользовался большим уважением у горожан, был избран гласным Нижегородской думы. Когда во время Отечественной войны 1812 года Нижний Новгород принимал беженцев из Москвы, Переплетчиков помогал им материально. А в 1816 году, когда Макарьевская ярмарка погорела дотла, именно Федор Переплетчиков сумел найти веские аргументы, что только Нижний Новгород должен стать новым местом проведения крупнейшей ежегодной ярмарки.


Главная архитектурная особенность этого дома – шесть больших колонн, расположенных на выступающей части фасада и объединяющих второй и третий этажи. По этой причине в народе дом получил название «Столбы». Эта особенность действительно привлекает к себе внимание прохожих, здание смотрится как миниатюрный дворец.


В этом доме Переплётчиков открыл постоялый двор. В 1844 году произошёл сильный пожар, из-за чего треснули межэтажные балки. Руководить ремонтом снова взялся архитектор Георг Кизеветтер, и фасад здания был восстановлен в прежнем виде.


В 1845 году Федор Петрович Переплетчиков завещал свой дом городу. Он хотел, чтобы доходы от него шли на благотворительность. После его смерти в доме была открыта ночлежка для обитателей городских трущоб.


В 1901 году после очередного пожара дом приобрел меценат и пароходчик Д. В. Сироткин. Новый владелец согласился с инициативой Максима Горького открыть в нём дневное пристанище для бедноты - чайную. Поскольку из Бугровской ночлежки бездомных босяков выгоняли рано утром, зимой - еще в темноте, то несчастным приходилось отогреваться в трактирах, угощаться в кредит чаем, водкой. За зиму у них образовывался огромный долг. И владельцы питейных заведений распоряжались ими потом как рабской силой, выжимая из людей всё, что можно. Доступная чайная должна была разорвать этот порочный круг. Она с утра до вечера была набита людьми, а "босяки" чувствовали себя здесь подлинными хозяевами, сами строго следили за чистотой и порядком.


Н.А. Бугров вкладывал свои средства в содержание чайной. За 2 копейки здесь давали порцию чая и фунт хлеба, была обустроена своя бесплатная библиотека, выдавали также газеты и журналы. На входе в чайную висел плакат с надписью: «Спирт есть такой же яд, как мышьяк, как белена, как опий и как множество других веществ, убивающих человека. Когда народ пожелает, он сумеет довести дело до того, что водку будут брать только по рецептам докторов из аптек. Тогда у нас будет больше света и больше счастья».


17 февраля 1902 года в «Столбах» состоялось первое чтение: был прочитан очерк о докторе Гаазе (известен как "святой доктор", много сделал для улучшения условий содержания в российских тюрьмах). Присутствовало 420 слушателей. На подобных «утренниках» читали Пушкина, Достоевского, Надсона, Крылова, Никитина, Карамзина, Островского, Салтыкова-Щедрина, Толстого, Тургенева, Писемского и Шиллера, звучала музыка Вагнера, Бетховена, Глинки, Мейербера, Моцарта, Листа, Верди. Всего за первый год эти мероприятия посетили 12 тысяч человек.


Примечательно то, что из библиотеки, находившейся при чайной, за всё время её работы не было украдено ни одной книги. В то же время газеты рассказывали о похищениях из Императорской публичной библиотеки. Ещё один интересный факт из жизни чайной «Столбы»: когда начались «черносотенские погромы», босяки заявили, что не допустят их на Почайне и Балчуге, и установили дежурство.


24 марта 1902 года при чайной открылась бесплатная амбулатория. Её только за два месяца посетили 1600 человек.


Однако просуществовала чайная недолго, уже в 1904 году её закрыли - согласно одним источникам, по финансовым причинам, по другой версии - как рассадник революционных идей. В дальнейшем дом перешел в собственность Василию Постникову. Он отремонтировал здание, в 1910 году по проекту Н.М. Вешнякова была построена мансарда.


После 1917 года здесь обосновались пролетарские власти.

В 1925 – 1934 годах здесь размещалась библиотека им. Рочдельских пионеров (название первого потребительского общества, организованного в 1844 г. рабочими ткацкой мануфактуры в английском фабричном городке Рочдель; существует до настоящего времени). Было в этом здании даже общежитие китайских рабочих.


Затем здание было превращено в типичную коммуналку с одним общим туалетом на этаже. Внизу же были организованы склады. Сначала соляные, потом вино-водочные. Отопление было печное. Настоящего капитального ремонта не было, и к 1980-м годам дом воочию представлял то самое «дно», о котором писал Горький еще до революции. В 80-ые годы его расселили.


Затем здание приобрела организация «ЭНТЭК», в 1982 году провела капитальный ремонт, переоборудовала дом под учреждение, подвела коммуникации, ликвидировала печи, провела центральное отопление (а теперь построила еще и свою котельную). В 2005 году к новому российскому празднику – Дню народного единства – подновила фасад, стала сдавать часть дома в аренду. Зданию вернули былое великолепие, сохранив исторический вид. И на сегодняшний день «Столбы» являются подлинным украшением Скобы и площади Народного единства.



Бугровская ночлежка (Рождественская, 2)


В XIX веке современную площадь Народного Единства и ее окрестности иронично называли Миллиошкой, потому что здесь, рядом с богатейшей улицей Рождественской, где купцы действительно ворочали миллионами, жили босяки, - целый квартал у подножия Кремля, заселённый бедным людом - крючниками, бурлаками, грузчиками…


Именно в этом районе в 1883 году был построен на средства А.П. и Н.А. Бугровых ночлежный дом (архитектор Ф.Н.Фалин). Александр Петрович не дожил до открытия, и в память об отце Николай Александрович обязался содержать дом за свой счёт, а в 1885 году рядом с домом построил торговый корпус (Зеленский съезд, 4), доходы с которого шли на содержание ночлежки. В знак благодарности Городская дума присвоила ночлежному дому памятное название “ Ночлежный приют им. Александра Петровича Бугрова”.


Дом основательный, каменный, в три этажа, с глубокими сводчатыми подвалами. Он сохранился почти в первозданном виде, только между первым и вторым этажом была надпись : «Принимаются трезвые, табаку не курить, водки не пить, песен не петь, вести себя тихо». Таковы были условия, которые постоялец должен был выполнять. Фунт хлеба и кипяток - паек, который полагался жителю ночлежки.


Планировалось, что дом будет вмещать не более 500 человек, но на самом деле ночевало народу гораздо больше. Так что спали и на полу, и в коридоре и даже в “отхожем месте”. После эпидемии сыпного тифа, случившейся в первый же год жизни дома, и после дезинфекции ночлежку на день стали закрывать и пускали постояльцев только на ночь.


Кто были эти люди? Потерявшие себя в городе крестьяне, обедневшие дворяне , пришедшие мастеровые, мелкие уголовники.


Прием ночлежников был открыт летом с 19 до 21 ч, зимой с 17 до 19 ч. Днем в приют никто не допускался. Никаких видов и паспортов с ночлежников не спрашивали. Люди в нетрезвом виде в приют не допускались. Во время нахождения в приюте не дозволялось курение, распитие спиртных напитков, игры в карты, буйство, брань, пение. За порядком наблюдали надзиратели, которые находились в помещениях приюта постоянно. Нарушители немедленно выдворялись. В приюте полагалось только спать-отдыхать. Утром по сигнальному звонку все ночлежники покидали здание. В помещениях производилась уборка и подготовка к очередному приему.


Вероятно, некоторые жители этой ночлежки стали прототипами пьесы Максима Горького «На дне». Сам Алексей Максимович был частым посетителем «Миллиошки» и недалеко от бугровской ночлежки организовал знаменитую чайную “Столбы”.


Однако Горький – художник слова, и в его пьесе люди ведут себя по-разному, и порой не так, как требовали правила ночлежного дома. Может быть, Горький писал об одном из ночлежных домов на улице Кожевенной – согласно сведениям городской санитарной комиссии, в 1903 г. их там было 9. Они принадлежали хозяевам, хозяева сдавали их квартиронанимателям, а те занимались бизнесом — сдавали койки и комнаты за определенную плату. Здесь бесплатно никого не селили — место на полу стоило 3 копейки, на нарах — 5 копеек за ночь. Это были доходные дома с отвратительными условиями для жизни. Холодные, сырые, и - платные. Возможно, Горький писал об одном из них. Другой подход, нрав, требования, другое поведение людей.


После революции, в период НЭПа, Бугровская ночлежка продолжала существовать, потом была ликвидирована, а дом стал использоваться для разных целей: от коммунальных квартир до различных контор. В 1953 году сильный оползень завалил здание до второго этажа, но оно выдержало нагрузку. Сейчас здание находится в частном владении, отреставрировано и вновь выставлено на продажу.



Пушкинская народная библиотека (Зеленский съезд, 10)


В 1899 году к 100-летию со дня рождения Пушкина по всей стране, помимо различных торжеств, открывались Пушкинские библиотеки, в том числе для людей низших сословий. Не остался в стороне и Нижний Новгород. 31 декабря 1900 года состоялось торжественное открытие Нижегородской городской «Пушкинской» бесплатной народной читальни (таково её официальное название). Читальня была открыта для босяков и расположилась в доме на втором этаже, над народной пушкинской столовой, которая была открыта на полгода раньше, также в честь юбилея Пушкина.


В читальной комнате находилось пять больших дубовых столов с табуретками, на стенах повесили портреты Александра II, Николая II и А.С. Пушкина, а также географические карты всех частей света.


И вот что писал корреспондент столичной газеты «Русские ведомости» в 1901 году: «В читальне за дубовыми столами сидят те самые босяки в лохмотьях, опорках или босиком, нечёсаные и небритые, которых вы только что видели в кабаках и на улице. Но такой контраст с улицей! Здесь царствует невозмутимая тишина. Лица у всех сосредоточенные, нахмуренные – все читают… Сюда ежедневно заходит до 150 человек. Тишина и порядок идеальные. Им могут позавидовать многие общественные читальни для интеллигентных посетителей. Отношение к правилам библиотеки прямо благородное». И действительно за целый год не пропало ни одной книги, не было никаких недоразумений, требовавших вмешательства полиции или даже замечаний библиотекаря.


Библиотека была рассчитана на 70 человек. Мест для желающих не хватало, и посетители нередко приходили за час до открытия, чтобы занять место или даже читали стоя. С открытием же волжской навигации количество читателей значительно увеличивалось. В дождливые, холодные, снежные дни, а также в праздники ко времени открытия у входа читальни собиралась большая толпа посетителей. Но подходили новые и новые, и читальный зал набивался полностью, и посетители оставалась там до закрытия, а зимою до времени впуска в находившийся рядом ночлежный дом Бугрова.


Читальня была открыта 356 дней в году и работала с 9 до 19 ч. Большинство посетителей были из крестьянского и мещанского сословий. Именно из этих сословий чаще всего опускались «на дно» и попадали в ряды босяков и «бывших людей». Но были среди читателей и образованные люди: бывшие учителя, чиновники, актёры, духовенство, даже дворяне.


Насколько сильна была потребность в читальне можно судить по тому, что в первый же день ее открытия посетило более ста человек, в первый месяц – 5000, а в год 48 000 посетителей..


Запросы посетителей тоже были разнообразные: от лубочных книг для наименее грамотных крестьян до исторических произведений русских писателей, духовной литературы. Большой популярностью пользовались журналы: «Нива», «Вокруг света» и др. Многие из читателей просили дать почитать им про то, «как по-настоящему жить надо», «отчего зло на свете» или «как выучиться мастерству какому-нибудь», «как ходить за садом».


Книжный фонд пополнялся - от 1788 экземпляров в первый год до 16 тысяч книг в 1917 году. Книги приобретались за счёт средств городской управы и на пожертвования от частных лиц и организаций. Хотя читальня была открыта для городского «дна», но постепенно её читателями становились и другие сословия. Её уважительно именовали библиотекой.


Во время Первой мировой войны здание читальни приспособили под военный лазарет. Библиотеку перевели в расположенное неподалёку здание польского костёла на Зеленском съезде. После революции она находилась по адресу ул. Рождественская, 30. В 1924 г. была ликвидирована, её фонд передан в центральную библиотеку им. Ленина.



Ивановская башня (Кремль, 2б)


Самым мощным оборонительным сооружением подгорной части кремля является Ивановская башня. Защитники Ивановской башни контролировали не только подступы к кремлю, но и обороняли Нижнепосадский торг, начинавшийся у крепостных стен, а также волжскую пристань. К северо-восточному наружному углу фортификации примыкал «обруб» — земляная насыпь, укреплённая оградой из брёвен. На обрубе были установлены мощные пушки и пищали.


В XVI веке на вооружении Ивановской башни находилась пищаль «Свисток». Это оружие массой 4 761 кг имело 5-метровый ствол, из которого стреляли ядрами по 40 гривенок (36 кг). В 1622 году вооружение башни состояло из пяти пушек, три из них заряжались ядрами весом по 700 граммов.


С Ивановской башней связывают эпизод истории, который пришелся на 1505 год. Нижний Новгород был осажден шестидесятитысячным войском татаро-ногайских ордынцев Мухамед-Эмина. Начальник гарнизона воевода Хабар Симский решил использовать для обороны крепости пленных литовцев и трофейные пушки. История сохранила имя Феди Литвича, который сумел метким выстрелом из пушки поразить ядром в грудь ногайского мирзу. Это внесло смятение в стан врага и они ушли от стен города. Впрочем, достоверной информации о том, что Литвич стрелял именно с Ивановской башни, нет (есть предположения, что башни, расположенные выше по склону холма, для установки орудия подходили лучше).


Через ворота Ивановской башни выходило нижегородское ополчение во главе с Мининым и Пожарским на защиту Москвы от польских интервентов.


Ивановскую башню не раз реконструировали. В ней были тюрьма, пожарная часть, полицейский участок, архив с читальным залом Ученой архивной комиссии и, наконец, склад горючего.


Время не пощадило Ивановскую башню. К началу прошлого века она пребывала в плачевном состоянии. Во многом это было связано с оползнями, пожарами, действием грунтовых вод. В середине 20 века было решено восстановить облик этого оборонительного сооружения, была проведена реставрация. Сейчас в башне располагается историко-архитектурный музей-заповедник, действует постоянная экспозиция, посвященная Второму народному ополчению во главе с Мининым и Пожарским.



Храм Рождества Иоанна Предтечи (Ивановский съезд, 1 Б)


Храм Рождества Иоанна Предтечи — один из древнейших православных храмов Нижнего Новгорода, упоминаемый с XV века. Первоначально был деревянным. По имени храма близлежащая башня кремля называется Ивановской.


В Смутное время (в 1612 году) с паперти этого — тогда ещё деревянного — храма Козьма Минин воззвал к освобождению Москвы от польской интервенции.


В 1676 году купец Гавриил Дранишников, вернувшийся после многолетней службы в Астрахани, испросил благословение митрополита Филарета на строительство каменного храма «своею казною». Строительство храма должно было подтвердить приверженность Дранишникова православию, так как за время отсутствия его жена Анна и сын стали старообрядцами и бежали в Керженские скиты. 24 августа 1679 года Гаврила Дранишников скончался, но храм был достроен его братом Лаврентием, как завещал Дранишников, с южным приделом в честь мученицы Анны, в память «ушедшей в раскол» жены Анны.


Каменная церковь освящена в 1683 году, повторно 4 ноября 2005 года.


Храм типа «корабль» был поставлен на высоком кирпичном подхрамье, в котором размещались лавки, сдаваемые причтом купцам в наём. В 1814 году к северной стороне трапезной пристроили Духовской придел.


В ходе градостроительных преобразований 1834—1839 годов было указано очистить прилегающие к Кремлю земли от всевозможных строений, «а теплой придел Предтечинской на Нижнем Посаде церкви и все имеющиеся под оной лавки сломить», что нарушило древнюю дренажную систему, и подземные родники стали постепенно размывать фундаменты. Ремонтные работы в храме в 1830—1840-х годах выполнялись архитекторами Антоном Леером, Иваном Ефимовым, Георгом Кизеветтером.


В 1855 году к церкви пристроили шатровую часовню Александра Невского и сторожку. В 1870 году была перестроена колокольня. В 1881—1885 годах вновь потребовались крупные восстановительные работы. В 1899 году после разрыва внутри храма железной связи переложен алтарь.


В 1937 году церковь была закрыта, а последний настоятель расстрелян. В советский период в здании церкви располагалась спортивная школа мотоциклистов ДОСААФ.


Храм был возвращён Нижегородской епархии в 90-е годы XX века, с 1994 года возобновлены богослужения. В июне 2004 года было принято решение восстановить храм, начались ремонтные работы. Средства на восстановление были получены от меценатов, из 67 млн рублей 60 млн были вложены Балахнинским ЦБК. 4 апреля 2005 года освящены ещё 3 креста для установки на купола (2 уже были установлены). 5 августа 2005 года на колокольню были установлены купол и крест. 4 ноября 2005 года церковь была освящена Патриархом Московским и всея Руси Алексием II.



Монумент Минину и Пожарскому на пл. Народного Единства


Перед вами памятник, на котором изображены два национальных героя России - человек из народа Кузьма Минин и князь Дмитрий Пожарский. Это копия известного московского памятника, установленного на Красной площади. В Нижнем памятник появился в 2005 году. Однако история, связанная с ним, для нижегородцев началась давно.


Памятник посвящен важному событию в русской истории. В 1612 году Москва была захвачена польскими оккупантами. Страна, к тому моменту ослабленная династическим кризисом, внутренними распрями, продолжительными неурожаями и голодом оказалась на грани потери независимости и распада. Объединившись под руководством Кузьмы Минина и князя Дмитрия Пожарского, народное ополчение пришло в Москву и освободило ее от захватчиков. Были организованы выборы царя (небывалый случай!). В России началась новая эпоха – эпоха династии Романовых, которая управляла страной почти 300 лет, до революции 1917 года.


Вдохновителем и организатором Ополчения был нижегородский купец, имевший "мясную и живорыбную" торговую лавку, земский староста Кузьма Минин. С площади, которая ныне называется площадь Народного Единства, он обратился к народу с призывом выступить "купно за едино" (вместе за общее дело) и пожертвовать свое имущество на нужды ополчения. Возглавить войско Минин пригласил князя Дмитрия Пожарского, талантливого полководца.


На памятнике изображен момент, когда Минин протягивает меч князю Пожарскому, указывая на Москву, и призывая идти защищать Родину. Именно отсюда, от стен Нижегородского Кремля отправилась в путь народная армия, к которой по пути присоединились многие жители России.


В начале XIX века в России широко отмечалось 200-летие этого исторического события. В 1803 году было решено начать сбор средств на возведение памятника в честь Минина и Пожарского. Разработку проекта поручили скульптору Ивану Мартосу. По одной из версий (многие исследователи ее опровергают), первоначально предполагалось поставить памятник в Нижнем Новгороде, но после пожара Москвы 1812 года было принято решение отдать монумент пострадавшей и нуждавшейся в украшении древней столице.


20 февраля (4 марта) 1818 года состоялось торжественное открытие памятника на Красной площади. А в Нижнем Новгороде, на территории Кремля, в 1828 году, установили скромный обелиск в честь Минина и Пожарского работы того же скульптора (некоторые историки считают, что это было своеобразной "компенсацией" за неустановку памятника в Нижнем).


Интересна история появления памятника на Нижегородской земле. На 850-летие Москвы мэр Нижнего Новгорода И. П. Скляров преподнес Ю. М. Лужкову барельеф Петра I и сказал: « А наш-то памятник пора бы вернуть». Лужков, не разобравшись в сути вопроса, пообещал вернуть. Разумеется, с Красной площади памятник демонтировать не стали. 4 ноября 2005 г., в День народного единства, в Нижнем Новгороде была установлена слегка уменьшенная его копия, сделанная в мастерских Зураба Церетели. От оригинального монумента Мартоса нижегородский вариант отличается высотой — на пять сантиметров ниже, меньшим весом (памятник пустотелый) и надписью, на которой отсутствует дата.


С установкой памятника завершился образ площади, которой было дано название «Площадь Народного единства».


Монумент состоит из бронзовой скульптурной группы и гранитного пьедестала с бронзовыми барельефами. Пьедестал украшен барельефами с двух сторон.


Памятник изготовлен в стиле классицизма. Поэтому одежда князя Пожарского ничего общего не имеет с костюмами современной ему эпохи - он изображен в образе античного героя. Минин как человек из простонародья одет в русские штаны и рубаху, но также изваян босым и с непокрытой головой, в античной традиции. Одна рука Минина поднята в указующем жесте, другой рукой он передаёт меч Пожарскому. Пожарский, опираясь на щит с изображением Спаса, приподнимается с ложа и принимает меч из руки Минина, нога его вытянута. Эта поза показывает, что князь ещё не оправился от ран, но готов последовать за призывом нижегородского старосты. Меч является центральным связующим звеном в композиции, олицетворяющим единство народа.


На фронтальном барельефе изображены женщины и мужчины, возлагающие подношения на алтарь Отечества. Женская одежда напоминает античную, но Мартос вводит и русский мотив, украсив головы женщин кокошниками. За фигурами женщин стоит отец, отдающий в ополчение двух сыновей. Здесь скульптор изобразил себя вместе с детьми. Ученик Мартоса выполнил профильный портрет своего учителя с сыновьями. Оба сына скульптора попали на барельеф не случайно. Один, Алексей Иванович, в 1812 году сражался в армии Кутузова, второй, Никита Иванович, был задержан и убит наполеоновскими солдатами во Франции, когда находился там в качестве пенсионера Академии художеств.


На обратной стороне постамента изображена батальная сцена. Барельеф посвящён победе народных ополченцев во главе с князем Пожарским. Сюжет разделён на две части. Слева бегущие из Москвы поляки, с ужасом оглядывающиеся на победителей. Справа Пожарский, возглавляющий храбрых воинов, на коне топчет и прогоняет мечом врага. Барельефы дополняют сюжет основной скульптурной композиции.


А. Дюма писал: «В нашей республике даже представить себе невозможно, простолюдина Минина, вручающего меч генералу Пожарскому».


Церковь Казанской иконы Божией матери (Зеленский съезд, 3)


Казанская церковь в Нижнем Новгороде, «древяна на подклетях, с папертью, верх шатром», стояла на Зеленском съезде у подножия кремля и считалась одной из древнейших в городе. Названа в честь Казанской иконы Божией матери.


Наиболее чтимыми образами Богоматери в России являются Владимирская и Казанская иконы Божией Матери.


Церковное предание гласит: в 1579 году в Казани произошел ужасный пожар, уничтоживший около половины города. Был среди погорельцев и стрелец Даниил Онучин со своей семьей. Однажды его десятилетней дочери Матроне явилась во сне Богоматерь и повелела откопать свою икону на определенном месте пожарища.


Так была обретена Казанская икона Божьей Матери. И сразу же она проявила свою чудотворную силу: вернула зрение двум старым слепцам, Иосифу и Никите, всего лишь притронувшимся к ней. Это произвело огромное впечатление не только на православных, но и на многих мусульман.


По иконографическому типу Казанская икона относится к Одигитрии (Путеводительнице). О том, насколько велико почитание этой иконы во всем христианском мире, свидетельствует тот факт, что ее Ватиканский список долгое время находился в личных покоях папы римского Иоанна Павла II, а в 2004 году был преподнесен Патриарху Алексию II, который на следующий год передал его Казанской епархии.


История строительства каменной церкви в честь иконы Казанской иконы Божией матери в Нижнем связана с именем купца Олисова.


В 1677 году нижегородский купец Афанасий Фирсович Олисов получает от царя Алексея Михайловича звание «гостя». Случай этот был небывалый – посадский купец получил право торговли с иностранными государствами, стал торговым представителем Московского княжества в Персии.


Вернувшись в 1687 году в Нижний Новгород, Олисов в память получения звания «гостя» строит каменную церковь в честь Казанской иконы Пресвятой Божией Матери, по примеру князя Д.М. Пожарского, построившего Казанскую церковь в Москве в память о том, что именно Казанская икона Божией Матери покровительствовала Нижегородскому ополчению. Церковь была небольшая одноглавая с трапезной и колокольней.


В течение всего своего существования церковь неоднократно горела и перестраивалась. После пожара 1853 года она была перестроена полностью. Средства на строительство выделили купцы Кварталовы, Вяхиревы и Лука Коптев. После всех переделок в 1871 году церковь становится пятиглавой византийского стиля с небольшой колокольней. В 1867 году по проекту архитектора Л.В. Даля напротив церкви на другой стороне Зеленского съезда был выстроен двухэтажный дом причта (Зеленский съезд, 8).


Казанская церковь имела три придела: первый – основной – в честь иконы Пресвятой Божией Матери Казанская, южный – в честь Иоанна Воина, северный – в честь Дмитрия Ростовского. В 1860-х гг. при церкви была построена часовня в память избавления Императора Александра II от покушений 4 апреля 1866 г. и 25 мая 1877 г., Государя Императора Александра III – 17 октября 1888 г. и наследника Николая Александровича – 29 апреля 1891 г. в Японии.


Богослужения в храме продолжались до 1935 года, после чего он был закрыт, а затем снесен в 50-е годы XX века «в целях упорядочения движения из верхней части города в нижнюю».


История возрождения Казанской церкви связана с возникновением нового праздника – Дня народного единства, отмечаемого 4 ноября. Храм был заложен 3 ноября 2005 года Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием II.

В 2006 году по инициативе архиепископа Нижегородского и Арзамасского Георгия был организован конкурс эскизных проектов будущего храма. Лучшим из них был единодушно признан эскиз палехского художника, архитектора и живописца Евгения Пестова. В январе 2009 года архиепископ Нижегородский и Арзамасский Георгий освятил кресты, купола и звонницу Казанской церкви. 3 ноября 2012 года митрополит Нижегородский и Арзамасский Георгий совершил чин освящения и первую Божественную литургию в храме в честь Казанской иконы Божией Матери. Его Высокопреосвященству сослужили епископы Ветлужский и Городецкий Августин и Выксунский и Павловский Варнава, а также клирики Нижегородской епархии.


В этом храме хранится икона с частицей мощей святителя Луки Крымского.



Дом Переплетчикова (Рождественская, 6)


Среди примечательных строений на улице Рождественской достойное место занимает общественный доходный дом. Он построен в начале XIX века купцом I гильдии Федором Петровичем Переплетчиковым. Вряд ли найдётся в нашем городе другое здание, про которое можно было бы сказать – этот дом всегда был призван служить людям.


Известный нижегородский предприниматель начал строительство дома после крупного пожара, случившегося на Нижнем посаде в 1819 году. По его просьбе архитектор И.Е.Ефимов разработал проект двухэтажного каменного дома справа от гостиного двора по Рождественской улице, а также двух трехэтажных каменных флигелей поблизости, на Ильинском съезде.


Личность Ф.П. Переплетчикова достойна более пристального рассмотрения. Он родился в 1779 году в семье богатого купца. Несмотря на минимум полученных знаний (русская грамота и счет), достиг необыкновенных высот в обществе благодаря личным талантам. В 28 лет он был избран гласным от второй купеческой гильдии, во время Отечественной войны 1812 года, имея солидные материальные средства, щедро жертвовал их на военные нужды. По окончании войны Переплетчикова избрали от нижегородского городского общества депутатом на прием к императору Александру Павловичу, что свидетельствовало о высоких человеческих качествах Федора Петровича и закрепило за ним непререкаемый авторитет, какой имели немногие.


До появления на Волге пароходов Нижний Новгород считался признанным центром канатного производства для парусных судов, а Переплетчиков был крупнейшим нижегородским производителем канатов. Он постоянно совершенствовал работу своих канатных фабрик, их продукция неоднократно награждалась различными медалями. Спустя 10 лет канаты Переплетчикова уже считались лучшими из нижегородских (которые в то время были лучшими на всей Волге). А сам Федор Петрович получил в 1824 году золотую медаль на Анненской ленте, в 1826-м - золотую медаль на Андреевской ленте, в 1835-м - орден святого Станислава III степени и золотую медаль с бриллиантами на Андреевской ленте, в 1837-м - орден святой Анны III степени. В 1843 году ему присвоили звание советника коммерции.


Большую роль он сыграл в процессе переноса ярмарки от Макария в Нижний Новгород. В тот год, когда сгорела макарьевская ярмарка, Переплетчиков избирается городским головой Нижнего Новгорода. И хотя правительство сразу остановило свой выбор на Нижнем Новгороде, долго не решались приступить к строительству. Желая оставить ярмарку в Макарьеве, местные жители, а также московские и ярославские купцы отправили в Министерство внутренних дел протестную записку против перевода ярмарки в Нижний. Правительство обратилось за помощью к нижегородскому губернатору Степану Быховцу. Переплетчиков был его правой рукой и, понимая, насколько велика важность момента для судьбы родного города, сделал все возможное, чтобы с 1817 года ярмарка стала Нижегородской. Уже летом на ней торговали во временных, наскоро сколоченных балаганах. Через 2 года Переплетчиков оставил должность городского головы, и, когда на ярмарке был учрежден коммерческий банк, именно его избрали директором.


В 1834 году Переплетчикова в третий раз избрали нижегородским городским головой. Ему пришлось исполнять функции главного городского архитектора, а Нижний в результате полного переустройства по новому плану обрел вид, во многом сохранившийся до наших дней. Инициатором коренного изменения облика города явился император Николай Павлович, Переплетчиков же изыскал необходимые для строительных работ средства, использовав проценты с общественных банковских вкладов.


В поздние годы он активно занялся благотворительностью. Он не раз отдавал за мещан, не имевших средств оплачивать подати, собственные деньги, убедил власть имущих учредить особую кассу для выдачи постоянных пособий бедным горожанам и сам отчислял в нее значительные средства. Более века многие бедные семейства получали помощь из этой кассы. В 1832 году Переплетчиков пожертвовал «для пособия бедным согражданам» Никольский рынок на Нижнем посаде, построенный на его средства, состоявший из шести корпусов лавок и приносивший доход до 500 рублей в год.


Дом, прозванный в народе «переплетчиковским», после смерти владельца в 1845 году по завещанию хозяина был пожертвован городу. Вместе с флигелями его сдавали внаем под постоялый двор, а 3246 рублей ежегодного дохода поступали на содержание нижегородских богаделен. Здесь в 1867 г. на постоялом дворе И. В. Смирнова останавливался посетивший наш город знаменитый писатель Льюис Кэрролл, автор книг «Алиса в стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье». Настоящее имя этого известного английского писателя Чарльз Лютвидж Доджсон. Он был диаконом англиканской церкви и приехал в Россию в составе ее делегации, чтобы поздравить с пятидесятилетием пасторского служения митрополита Московского Филарета. Заодно писатель с коллегами из Москвы на поезде съездили в Нижний Новгород, чтобы посмотреть Нижегородскую ярмарку. Его друзья наняли «комиссионера», умевшего говорить по-русски, который взял на себя устройство их быта. Он и привел их в гостиницу «Смирновскую», отрекомендовав ее как «несомненно лучшую в городе». На самом деле это был недорогой постоялый двор с минимумом удобств. Кэрролл провел ночь в постели «состоявшей из досок, покрытых матрасом не более дюйма толщиной, подушки, простыни и стеганого одеяла». Вероятно, ловкий «комиссионер» часть денег, выделенных Кэрроллом и его спутниками на проживание «в лучшей гостинице города», присвоил себе. Впрочем, еда у Смирнова (вкусная большая стерлядь) была, по оценке автора «Алисы в стране чудес» «очень хороша», а вот все остальное - «очень плохо».


В 1864 г. по инициативе купца Ф.А.Блинова в доме открылся городской общественный банк (находился там до 1870-х гг.). Во время Всероссийской промышленно-художественной выставки 1896 года все три строения использовались как гостиницы. 23 декабря того же года по причине сильной обветшалости их было решено перестроить: флигеля объединить с главным домом, выходящим на Рождественскую улицу, а сам дом надстроить 3-м этажом. Эти работы продолжались до начала ХХ века, поскольку в проект вносились изменения. В результате здание получило причудливые маскароны в межоконных проемах и элементы убранства в стиле модерн.


В советское время здесь находились коммунальные квартиры. В 1929 г. в доме разместился техотдел Автостроя – первое структурное подразделение будущего Автозавода. Затем открылся кинотеатр им. Маяковского. В начале XXI века первый этаж заняло кафе «Безухов» и Нижегородская гильдия фотографов.


Здание соляной конторы (Рождественская 8-10), Чугунные галоши


На протяжении столетий Нижний Новгород фактически являлся главным соляным складом России. Способствовали этому два фактора – хорошо развитые собственные соляные промыслы, находящиеся преимущественно в Балахне, и удобная транспортная артерия в виде Волги и Оки.


В Нижний Новгород свозилась вся соль, добытая на Урале, в Сибири, в Поволжье. Отсюда она развозилась подрядчиками по городам страны. На соляных подрядах сделали капитал Строгановы в XVIII в. и Бугровы в XIX в.


В XVIII в., после введения государственной монополии на торговлю солью, в нашем городе открыли главную в стране Соляную контору, в функции которой входило распределение этого продукта по территории всей Российской империи. Нижний Новгород становится соляной столицей!


Здание Соляной конторы было построено в 1755 г. Во времена строительства здания по проекту архитектора Владимира Исакова Рождественская улица была главной деловой улицей Нижнего Новгорода. Неподалеку находились соляные амбары, которыми владели разные купцы. В 2-х этажном тогда здании в стиле русского барокко были предусмотрены жилые помещения для служителей, склады, лавка, где осуществлялась розничная торговля. Арочный въезд во двор в центре постройки закрывался коваными воротами. Сам двор был огорожен складским корпусами. Получалось замкнутое пространство, упрощавшее охрану дорогостоящего казенного имущества.


Соляная контора имела такое огромное значение, что приехавшая в 1767 году в Нижний Новгород императрица Екатерина II удостоила ее своим посещением. Именно здесь царицу встречали восторженные горожане ружейными залпами, барабанным боем, колокольным звоном. А губернские и уездные жители поднесли два приветственных адреса и 200 жалоб!


Архитектура здания неоднократно менялась. Последнее обновление пришлось на вторую половину XIX в. Но и после неоднократных перестроек здание сохранило с XVIII в. только свои капитальные стены и оконные проемы.


При Александре II торговля солью и вином была отдана в частные руки. Здание купили рыбинские купцы Журавлевы. Большую часть дома арендовал предприниматель из села Богородское Федор Обжорин, устроивший здесь гостиницу и ресторан.


В советский период ресторан Обжорина («Неаполь») был переименован в «Волгу». Гостиничные номера после Великой Отечественной войны отданы под квартиры семьям офицеров, а также погибших фронтовиков.



4 ноября 2012 г. возле дома по ул. Рождественской , где в XIX в. находилась соляная контора, открыта скульптурная композиция Ирины Красновой «Соляная афера» (автор идеи А.А. Сериков).

Памятник «Соляная афера» представляет собой две чугунные калоши 58 размера и стоящий рядом мешок с солью. В 1864 году вскрылась афера начальника Казенной палаты Вердеревского. По заниженной цене он продавал государственную соль Федору Блинову и другим купцам, а потом списывал ее, как уничтоженную весенним паводком. Соляные амбары стояли на самом берегу Оки, и их нередко подтапливало. Весна, однако, выдалась маловодной. Вода не подтопила склады. А вот соли в них все равно не обнаружилось. Началось разбирательство. И тянулось оно несколько лет, окончательное решение было вынесено в 1869 году. Чиновники-казнокрады понесли наказание. Вердеревский был подвергнут гражданской казни и сослан в Сибирь. Блинов же за участие «по легкомыслию» в растрате казенной соли и за нарушение правил ведения торговых книг был приговорен к аресту при тюрьме на 7 дней и возмещению казенного ущерба в сумме 150 096 рублей 70 копеек. Вот тут, по преданию, старик Блинов решил поучить своего 50-летнего сына. Он преподнес ему пару чугунных калош, чтобы сын обувал их в каждую годовщину суда и носил по часу. И напутствовал: «Носи и помни о нашей чести».



Банк Рукавишникова (Рождественская, 23)


Рождественская улица в прошлом являлась одной из главных купеческих улиц Нижнего Новгорода. Можно сказать, что это был бизнес-центр нашего города. Здесь располагались крупнейшие банки и доходные дома, которые сохранились и до наших дней.


Среди знаковых строений на Рождественской улице одно из видных мест занимает здание банка Рукавишниковых, которое изначально строилось как доходный дом с банковскими конторами.


Династия купцов, заводчиков и банкиров Рукавишниковых в XIX веке была одной из самых известных в Нижнем Новгороде. Со временем их известность приобрела и всероссийский масштаб.


Родоначальник династии Григорий Михайлович Рукавишников промышлял кузнечным делом. Перебравшись в 1817 году из Макарьевского уезда вслед за ярмаркой в Нижний Новгород, он купил несколько лавок и начал активно торговать железом. Постепенно количество лавок разрослось, капитал увеличился, и Григорий Михайлович построил собственный железоделательный завод. В 1836 году за свою деятельность он получил медаль от департамента мануфактур и внутренней торговли.


Семейное дело Рукавишниковых достигло высшего расцвета при Михаиле Григорьевиче, который унаследовал от отца склонность к упорному труду и острую смекалку. К концу жизни его прозвали «железным стариком»: он не выносил расхлябанности и лени, держал в руках себя и других. Михаил Григорьевич так умело повел дела, что вскоре стал монопольным поставщиком железа в Нижегородской губернии. Его репутация была столь высока, что владельцы уральских горных заводов (князья Голицыны, Строгановы, Абамелек-Лазаревы) предпочитали иметь деловые контакты только с его фирмой.


Состояние Михаила Рукавишникова росло. Он открыл крупные лавки-склады в Нижнем, большой конный завод на Оке, сталелитейный завод в Канавине. Потомственный почетный гражданин, первой гильдии купец Рукавишников стал одним из самых влиятельных лиц в городе. Михаил Рукавишников много жертвовал на благотворительность. Выделял средства Мариинской женской гимназии, где состоял членом попечительского совета, оказывал помощь детям из малоимущих семей.


Михаил Григорьевич Рукавишников умер в 1875 году, оставив семье огромное состояние – по 3–4 миллиона рублей каждому наследнику (громадные средства по тем временам).


«Жертвую и попечительствую» – таков был девиз всего рода Рукавишниковых, чья фирма после смерти основателя стала называться «Наследники М. Г. Рукавишникова».


После пожара в 1899 году Рукавишниковы обратились в Строительное отделение городской управы с просьбой о ремонте пострадавших строений. Однако восстановленные старые здания имели весьма неприглядный вид, и сын "железного старика" Сергей Рукавишников в 1908 году заказал московскому архитектору Фёдору Шехтелю разработку планов-фасадов для возведения вместо них двух зданий, которые главными фасадами выходили бы на Рождественскую улицу (собственно банк) и Нижне-Волжскую набережную (промышленные корпуса).


Фасад, обращенный к реке, решен в формах неоготики, а тот, что смотрит на ул. Рождественскую, выполнен в стиле модерн. Стены облицованы керамической плиткой, которая была изготовлена фирмой Villeroy&Boch в Германии.


В убранстве выходящего на Рождественскую улицу корпуса использовано чугунное художественное литье, в том числе фигуры рабочего и крестьянки, выполненные по эскизам молодого скульптора Сергея Конёнкова. Эти фигуры символизируют союз промышленности и земледелия.


Во время Первой мировой войны, в 1915 году, сюда перевели эвакуированную из Варшавы швейную мастерскую, которая занималась производством военного обмундирования. Но этого Сергей Рукавишников уже не застал. Он умер, и всеми вопросами занимались его дети. После революции швейная продукция выпускалась по заказам Красной армии.


В суровые годы Великой Отечественной войны работники фабрики трудились не покладая рук, ночуя на рабочих местах, чтобы обеспечивать фронтовиков шинелями, гимнастерками и солдатским бельём.


После войны швейное предприятие превратилось в известнейшую в Нижнем Новгороде швейную фабрику «Маяк», которая располагалась на улице Маяковского (так тогда называлась Рождественская улица). Фабрика просуществовала до 2015 года. Когда на складах стало скапливаться слишком много нереализованного товара, который не выдерживал конкуренции с продукцией из Китая, её решили закрыть.


Сегодня здание передано в ведение Нижегородского государственного историко-архитектурного музея-заповедника (НГИАМЗ). В пустующем историко-культурном памятнике было решено создать арт-пространство.


Дом Пятова (Рождественская, 25)


Дом Пятова был построен по проекту известного архитектора Августина Бетанкура, занимавшегося устройством Ярмарки, перенесённой из Макарьева в Нижний Новгород. Здесь он получил поддержку в своём нелёгком труде не только от «официальных лиц», но и от известного купца, заводчика и нижегородского общественного деятеля Ивана Степановича Пятова. Например, Иван Степанович не только своими заботами, но и за свой счёт построил ярмарочный «железный ряд» на острове Гребнёвские пески. Нельзя также забывать, что в течение трёх лет Иван Пятов являлся нижегородским городским головой и за свои труды и щедрую благотворительность был даже произведён в потомственное дворянство.


В 1819 году, после пожара, производилась реконструкция Рождественской улицы, которая превращалась в респектабельный «деловой» район. Кроме того, основной путь из центра города на ярмарку проходил именно здесь. В благодарность за былую поддержку, Бетанкур безвозмездно спроектировал дом для Пятова на месте его же сгоревшего доходного дома. Новое здание получилось парадным, украшенным колоннами и лепными венками в честь недавней победы над Наполеоном. На первом этаже размещались магазины (впоследствии – «контора заведения транспортов и дилижансов»), а на втором этаже – гостиничные номера.


В конце XIX века дом находился во владении торгового дома Чеснокова и Кудряшова. К Всероссийской выставке 1896 года здание было надстроено фигурным аттиком с вазонами в нишах. Дом купца Пятова считается историко-архитектурным памятником федерального значения.


А сейчас этот дом – настоящее украшение улицы Рождественской. Посмотрите, здесь сохранились типичные черты богатого купеческого дома: двустворчатые двери, большие окна по периметру. Сейчас здесь ресторан «Пяткинъ», который сохранил купеческую атмосферу начала XX века.


Доходный дом Н.Бугрова (Рождественская, 27)


Настоящим украшением Рождественской является доходный дом Николая Александровича Бугрова, построенный в 1896 году по проекту столичного архитектора - академика Владимира Петровича Цейдлера. Двухэтажное строение с угловым эркером в стиле академической эклектики было возведено в ходе подготовительных работ по благоустройству Нижнего Новгорода к 16-й Всероссийской торгово-промышленной выставке.


С середины 19 века место постройки доходного дома на улице Рождественской принадлежало нижегородскому купеческому роду Бугровых, известных своим меценатством и вложившие немалые средства в развитие градостроения в Нижнем Новгороде.


Дом органично сочетает в себе элементы различных архитектурных стилей, в том числе и зарождавшегося модерна (облицовка цветной керамической плиткой).

На первом этаже располагались магазины и торговые фирмы, а второй этаж вплоть до революции занимало Нижегородское отделение Волжско-Камского банка, который уже в начале 20 века контролировал капитал размером более чем в 300 миллионов рублей.


После революции здание доходного дома поначалу не изменило своего назначения, в нём до 1957 года находилась Нижегородская контора Народного банка РСФСР.


Первый хозяин дома – Николай Александрович Бугров, был старообрядцем, человеком весьма строгих правил. Например, он подарил городу землю и участвовал в строительстве на ней великолепного здания Городской думы (современный дом N1 по Большой Покровской) с условием, чтобы в нем «никогда не допускалось устройство какого-либо театра». И если это условие сохраняется до сих пор, то по иронии судьбы, доходный дом на Рождественской был все-таки приспособлен под Театр Комедии в 1957 году.


Переделок в доме было много: большой операционный зал стал зрительным, надстроили сцену, перепланировали первый этаж под гардероб и фойе...

Для театра, который скитался в течение десяти лет по чужим сценам, это было праздником. И поначалу даже как-то не замечалось, что нет места для цехов, малы гримерки, отсутствует «карман» сцены, куда можно складывать декорации, да и многое другое. Через определенное время это стало очевидным, и театр стал мечтать о новом здании. Но ждать ему пришлось очень долго. Однажды в зрительном зале обрушилась часть потолка (хорошо, что в это время не шел спектакль и никто не пострадал), был пожар в костюмерных… Словом театр выстрадал свое новое здание на ул. Грузинской.


А в бывшем доме Бугрова разместился Японский культурный центр. На средства, выделенные правительством Страны восходящего солнца, зданию сумели вернуть исторический облик. В настоящее время в нем располагается подразделения Главного управления Центробанка России по Нижегородской области.


Хочется отметить одну интересную деталь – при первоначальном проектирование дома над зданием предполагался металлический витой флюгер, но ни на одной фотографии он зафиксирован не был. Однако после реставрации флюгер установили. И мы можем видеть на нем две важных даты: 1984 – год постройки, 2001 – год реставрации.


Наверху дома, на округлом эркере мы можем видеть вензель «Б» - начальную букву фамилии первого хозяина.


Справка


Николая Александровича Бугрова (1837 - 1911) называли некоронованным королём Нижнего Новгорода – такое огромное влияние он имел и в экономике, и в общественной жизни нашего города. Миллионер, крупный промышленник, приятель великих князей и министров, благотворитель, Почётный гражданин Нижнего Новгорода и вообще яркая фигура – Бугров-младший притягивал к себе всеобщее внимание. Он был владельцем самых современных паровых мельниц, перемалывающих миллионы пудов зерна в год, пароходства на Волге, льнопрядильной мануфактуры, сотен десятин леса и целых селений. В 1896 году именно Бугров выиграл «тендер» на снабжение хлебом всей русской армии.


Громадную популярность создала Бугрову широкая благотворительность, на которую он тратил около половины дохода. Николай Александрович выстроил приют для бездомных, где им предоставлялся ночлег. На окраине города (современная пл. Лядова) существовал учреждённый им Вдовий дом, дававший приют 150 женщинам с детьми. Жертвовал миллионер крупные суммы на школы, богадельни, детские приюты, поддерживал старообрядческие скиты. В бугровской кухне стояла на столе деревянная плошка, наполненная двугривенными, из которой каждый нуждающийся мог брать потребные средства. Обладая огромным состоянием, купец-меценат «держал в кармане» городскую и губернскую власть. На приеме у министров сначала приглашали в кабинет знаменитого промышленника, а затем уже губернатора. Не мог губернатор тягаться с человеком, у которого периодически занимал под векселя крупные суммы денег.


У этого «большого» человека были и большие слабости. В молодости Бугров был три раза женат, но к сорокалетнему возрасту похоронил всех трёх жён. Не имея права по церковным канонам больше жениться, питал слабость к женщинам, объясняя так: «Блуд не грех, а испытание божие». Из покровительствуемых им скитов он выбирал понравившуюся девушку и брал её к себе в дом «для услужения». Когда прихоть проходила, он выдавал девушку замуж за одного из своих многочисленных служащих. Девушка отныне именовалась «племянницей» и могла рассчитывать на всемерную помощь богатого дядюшки. И все были таким раскладом довольны. Когда хоронили Николая Александровича, за гробом шел весь город. Не умолкая, гудели на весенней Волге пароходы, отдавая последнюю почесть хозяину. В газетном некрологе он был назван прежде всего «крупным благотворителем», а затем уже «представителем хлебного дела».



Блиновский Пассаж (Рождественская, 24)

Пассаж на Софроновской площади (так раньше называлось пространство перед современным зданием речного вокзала) построили в 70-х годах ХIХ века нижегородские купцы братья Блиновы. Рядом стояли другие их дома, был Блиновский сквер и фонтан, также напрямую связанный с этой фамилией.

Пассаж был построен в 1876-78 гг. архитектором Р.Я. Килевейном по проекту петербургского архитектора А.К. Бруни. Декоративно-художественное убранство дома стилизовалось под «древнюю Русь». Тогда это было если не самое большое здание города, то уж точно крупнейший торговый центр. Здесь помещались 23 магазина, 49 лавок, гостиница, два трактира и портерная, телеграфная контора и прочие заведения. В центральной части дома располагался ресторан Пермякова.

Именно в этом ресторане 6 ноября 1901 года состоялся прощальный банкет, устроенный нижегородской интеллигенцией М.Горькому в связи с его отъездом вначале в Крым на лечение, а потом в арзамасскую ссылку. Проводы были бурными. Банкет был общедоступным (невысокая входная плата - по одному рублю с участника), пришло много студентов. Адрес, т.е. хвалебное благодарственное письмо, который преподнесла Горькому революционная молодежь, потом был напечатан в газете “Искра”, а сам Горький читал на банкете свой памфлет “О писателе, который зазнался”. Он произвел большой эффект. Проводы М. Горького на Московском вокзале переросли уже в настоящий митинг.

В пассаже Блиновых среди прочих организаций работала главная контора акционерного Нижегородско-Самарского земельного банка, открытого в Нижнем Новгороде в 1872 году. Банк обеспечивал возросшую в конце XIX века потребность в ипотеке, совершая свои финансовые операции по всей восточной России. В Блиновском пассаже также размещалась контора Нижегородского почтово-телеграфного округа, который был открыт 1 октября 1886 года первым в Поволжье. Блиновы одни из первых в Нижнем завели в Пассаже телефон, а в 1894 году товарищество «Электрон» устроило в здании автономное электрическое освещение.

А в здешней гостинице, что располагалась на самом верху дома, останавливался, например Константин Маковский, когда приезжал в наш город для работы над картиной "Воззвание Минина к нижегородцам".

Теперь мансардный этаж облюбовали художники под мастерские. Они подошли к новому назначению старых и темных “нумеров” творчески: перепланировали их и разобрали потолки (при этом были обнаружены маленькие “клады”: монеты, ключи, бутылки, которые стали украшением интерьеров мастерских). Таким образом, в потолке получились дополнительные горизонтальные окна, которые пустили в мансарды яркий солнечный свет. А в коридоре, который тянется вдоль мастерских по всей длине дома, оборудована художественная галерея "Блиновка".

Справка

Блиновы происходили из крестьян Балахнинского уезда Нижегородской губернии. Будущие купцы I гильдии - бывшие крепостные князя Репнина. Блиновых 1-го поколения было три брата: старший — Федор Андреевич, средний Аристарх Андреевич и младший Николай Андреевич. Первым объявился в Нижнем Новгороде старший - Федор. В списке лиц, которым выдано свидетельство на право торговли за 1846 год, записано: “Нижегородской губернии Балахнинского уезда вольноотпущенному от князя Репнина крестьянину Федору Андреевичу Блинову.” Это первое известное нам упоминание о Ф. Блинове. Судя по всему, уже в ту далекую пору Федор Блинов был достаточно состоятельным человеком. Он стал одним из первых судовладельцев, начавших использовать паровую тягу вместо бурлацкой лямки.

В начале 50-х годов Ф. Блинов на Софроновской площади строит комплекс каменных зданий. Кроме жилого дома здесь располагались лавки, а также конная мельница для размолки соли. Соломольная мельница Блинова была единственной в нижегородской губернии. На ней трудилось восемьсот рабочих, а в 1861 году ее показывали даже наследнику престола.

Тогда же Блинов решил пожертвовать 25 тыс. рублей на устройство в Нижнем Новгороде Городского общественного банка, призванного заниматься изысканием средств на благотворительность и благоустройство города. В прошении на имя наследника он писал: “Не отриньте, Ваше Императорское Высочество, усердной просьбы простого русского человека, вышедшего из тех крепостных, которых, благодаря Богу и воле Вашего Августейшего родителя, не стало более на Русской земле”. Впоследствии Федор Блинов, а также его братья Аристарх и Николай вносили крупные суммы в первоначальный капитал Общественного банка, тем самым финансируя приюты, богадельни, лечебницы, гимназии, училища, библиотеки, на содержание которых банк ежегодно отчислял значительные средства.

Из всего ряда добрых дел, сделанных Блиновыми для нижегородцев, особо следует обратить внимание на устройство городского водопровода и строительство Вдовьего дома. Здесь нужно отметить, что эти крупные благотворительные проекты Блиновы осуществили совместно с отцом и сыном Бугровыми, с которыми состояли в родстве (дочь А. П. Бугрова Еннафа Александровна была замужем за Н. А. Блиновым).

В конце 80-х - 90-х годах XIX века в деловом мире появляются представители второго поколения купеческой династии Блиновых: Асаф Аристархович (сын А. А. Блинова) и Макарий Николаевич (сын Н. А. Блинова). Возглавляемая Асафом и Макарием фирма “Братья Блиновы” занималась оптовой торговлей хлебом во многих крупных городах России. Вели дела и за границей. Фирма Блиновых имела два крупчатых паровых завода в с. Балымерах Казанской губернии и при дер. Филипповской Нижегородской губернии. На заводах Блиновых перемалывалось до 1,2 млн. пудов крупчатки в год.


Кроме того, Торговый дом располагал тремя паровыми и пятью водяными мукомольными мельницами в Казанской и Нижегородской губерниях, владел своим паровым и грузовым флотом.

А к числу их добрых дел этого поколения Блиновых можно отнести, например, то, что в 1896 г. Асаф Аристархович пожертвовал крупную сумму на реставрацию Дмитриевской башни и открытие в ней художественно-исторического музея. Больше, чем он, дал только Н.А. Бугров. Впрочем, Бугровы и Блиновы вечно соревновались, стараясь показать друг другу и всему городу свое богатство и благочестие.


Фонтан на пл. Маркина – фонтан Благотворителей


Проблема с водой в верхней части Нижнего Новгорода существовала всегда. В начале XIX века первый фонтан для водоснабжения на Благовещенской площади (ныне пл. Минина и Пожарского) построил А.И. Дельвиг – двоюродный брат лицейского друга А. С. Пушкина. Благодаря его новаторскому инженерному решению на гору ежедневно поднималось до 40 000 ведер ключевой воды.

Но уже в 1880 году в городе проживало около 60 000 человек, и воды им катастрофически не хватало. Мало того, что питьевую воду приходилось покупать за копейку ведро у развозчиков – всегда существовала и опасность пожаров, которые нечем будет тушить.


По проекту Государственной думы на водоснабжение требовалось 450 000 рублей. Провели тендер, который выиграла английская инжиниринговая компания "Малиссон" с предложением организовать все дело за 417 000.

Но на тот момент весь годовой бюджет города составлял около 600 000 рублей.

Поэтому в 1878 г. братья Блиновы, отец и сын Бугровы, а также Устин Саввич Курбатов предложили городу денежную помощь на устройство нового водопровода.


Инициаторы строительства второго водопровода предполагали, что по завершении работ большинство жителей города будут иметь доступ к чистой воде. Нижегородцев известили, что “согласно воле жертвователей на устройство сего водопровода (Блиновых, Бугровых, Курбатова) жители города Нижнего Новгорода во все времена существования водопровода никогда никакими налогами за пользование водою из онаго не будут облагаемы”. Какой же конкретный вклад внесли жертвователи в это крупное строительство? Суммы взносов таковы: Блиновы 125 тыс. рублей, Бугровы - 75, Курбатов - 50 тыс. рублей.


По прошествии двух лет Блиновы, Бугровы и Курбатов пожертвовали еще 75 тыс. рублей на расширение водопроводной сети еще на 15 км, доведя протяженность нижегородского водопровода до 42 км. Вода пришла на все улицы верхней части.

Городские власти в память строителей 2-го водопровода возвели на Софроновской площади (современная Маркина) фонтан, на нижней чаше которого была сделана надпись: “Фонтан благотворителей сооружен в память почетных граждан города Нижнего Новгорода Ф. А., А. А. и Н. А. Блиновых, А. П. и Н. А. Бугровых и У. С. Курбатова, давших своими крупными пожертвованиями городу возможность устроить в 1880-х годах водопровод...”

На фото - фонтан Благотворителей


Еще до сооружения на Софроновской площади фонтана Федор Блинов на свои средства замостил всю площадь булыжником, сделал два удобных съезда к Оке, в 1883 году устроил на площади бульвар. Традицию благоустройства Софроновской площади продолжил позднее его брат Аристарх Андреевич Блинов, устроивший на площади вокруг фонтана сквер с решеткой.


В советские годы фонтан Благотворителей исчез (точный год неизвестен). В 1977 году в сквере появляется памятник героям Волжской военной флотилии и новый фонтан по проекту архитектора Нелюбина. При ремонте фонтана в 2007 году в него установили 600 программ подсветки, которые меняются каждые 5 минут. В летнее время фонтан работает с восьми утра до часа ночи.

Памятник Героям Волжской военной флотилии


Монумент открыт 5 ноября 1977 года.

Авторы - народный художник РСФСР, почётный гражданин Нижнего Новгорода скульптор П. И. Гусев, заслуженный архитектор РСФСР Б. С. Нелюбин и архитектор В. Я. Ковалёв.


Монумент представляет собой скульптурную группу из трёх фигур. Широко шагают плечом к плечу три моряка. Чуть вперёд выступает фигура старшего по возрасту – Николая Маркина, комиссара флотилии. Рядом идёт матрос, перепоясанный пулемётными лентами - Федор Раскольников – будущий комиссар Морского генерального штаба (он примет командование флотилией после гибели Маркина). За ним — юный новобранец Всеволод Вишневский – будущий писатель, создатель "Оптимистической трагедии", участник обороны Ленинграда во время Второй мировой войны.


Скульптурная группа установлена на невысоком постаменте, облицованном гранитом. Верх постамента вымощен крупным булыжником. Слева и справа в сквере, за монументом установлены стелы из блоков красного гранита с выбитыми золотыми буквами текстом: «Почтим же память октябрьских борцов тем, что перед их памятником дадим себе клятву идти по их следам, подражая их бессмертию, их героизму. В. И. Ленин».

Летом 1918 года Восточный фронт гражданской войны приближался к границам Нижегородской губернии. В июне 1918 года представители Советской власти для борьбы с Белой гвардией начали формирование в Нижнем Новгороде Волжской военной флотилии. Для этого в Нижний был направлен комиссар Николай Григорьевич Маркин.

На домах и афишных тумбах появилось такое объявление: «Бывшие моряки Российского флота всех специальностей призыва с 1910 по 1917 г. приглашаются для записи во вновь формируемый военный морской отряд. Заявления о записи будут приниматься ежедневно от 10 ч. утра до 3 ч. дня с 25 сего июня 1918 г. в коллегии Управления Военно-Морского порта (Канавино, Сорокинское подворье). От желающих поступить в отряд требуется признание платформы Советской власти и безупречная честность как по отношению к начальству, так и к своим товарищам. Не имеющих этих качеств просим не беспокоиться. Комиссар Волжской военной флотилии Н. Маркин. 25 июня 1918 г.».


Обыкновенные буксирные пароходы переоборудовались и вооружались. Баржи превращались в мощные артиллерийские плавучие форты. Вооружение судов происходило на заводах: Сормовском, Фельзера, «Теплоход» и в Молитовском затоне. Сотни волгарей записывались во флотилию и становились членами боевых экипажей. В июле и августе 1918 года моряки двумя отрядами ушли на фронт. Волжская военная флотилия сыграла большую роль в боях за освобождение Казани, а затем успешно действовала на Каме и Волге.


1 октября 1918 года при проведении разведки на Каме в районе Пьяного Бора (Красный Бор) на канонерской лодке «Ваня-коммунист» Маркин попал в артиллерийскую засаду. Судно было потоплено, сам Маркин до последнего прикрывал членов экипажа огнём из пулемёта и погиб вместе с судном.


«Среди подобранных из воды 48 человек с погибшей канонерки Маркина не оказалось, - писала Лариса Рейснер, жена Федора Раскольникова (и впоследствии – прототип комиссарши из «Оптимистический трагедии» Вишневского). - Погиб Маркин с его огненным темпераментом, нервным, почти звериным угадыванием врага, с его жестокой волей и гордостью, синими глазами, добротой и героизмом. В честь него бывший колесный буксир, перевооруженный в канонерку, назвали «Товарищ Маркин».


Поздней осенью корабли возвратились в Нижний, где революционеры в честь своего комиссара решили переименовать Сафроновскую площадь у речного вокзала в площадь Маркина.


Речной вокзал (пл. Маркина, 15а)


В 1930-х годах на месте современного здания Речного вокзала, напротив центрального причала, были построены парадные «речные ворота». В 1952 году на них появилась надпись «Речной вокзал».



Современное здание вокзала было построено в 1964 году архитектором М. И. Чурилиным. Там разместились залы ожидания, буфет и подземные переходы к центральной пристани. По форме здание напоминает речной теплоход. Во время реконструкции 2002 — 2003 годов к вокзалу по бокам были пристроены полукруглые ротонды.


С 2000-х годов в здании речного вокзала располагаются администрация ОАО «Судоходная компания „Волжское пароходство“» и офис туристической компании «ВодоходЪ». Во время реконструкции Нижне-Волжской набережной выходы к центральной пристани были закрыты, а помещения вокзала переделаны под офисы компаний. Здание более не является общедоступным, поэтому речные туристы не могут воспользоваться его туалетами и камерами хранения.

Биржа (Нижневолжская наб., 16)


Идея строительства в Нижнем Новгороде особого здания торговой биржи относится к первым годам действия здесь ярмарки. В 1828 году архитектор И. Матвеев создал проект величественного однокупольного здания с колонными портиками. Но он не был осуществлен.


В конце 19 века, когда Нижний Новгород утвердился как ведущий центр по заключению оптовых сделок, нужда в здании биржи стала очевидной. 12 сентября 1880 года правительство утвердило устав Нижегородской биржи. Число членов Нижегородского биржевого общества постоянно увеличивалось и к началу 1890-х годов насчитывало около 400 человек.


Изначально все биржевые сделки заключались в Блиновском пассаже. В январе 1891 года в Главном ярмарочном доме заработала Нижегородская товарная биржа, в ноябре этого же года был поставлен вопрос о строительстве собственного дома. Торговый дом братьев Блиновых предложил выстроить здание биржи на принадлежащем ему месте на углу Софроновской площади и набережной.


По проекту здание биржи предполагалось выстроить трехэтажным с двухсветным биржевым залом, с рестораном на третьем этаже, из окон которого открывалась речная панорама. На втором этаже располагались комнаты Биржевого Комитета с залом для собраний, помещения для нотариусов. На углу со стороны Софроновской площади ставилась наблюдательная башенка, которая могла служить в последствии для атмосферных наблюдений. Собственником здания был Торговый дом братьев Блиновых, который будет сдавать его Биржевому комитету за 4000 рублей в год. Городская дума согласилась на это предложение.

Весной 1896 года здание было закончено и отделано.


Нижегородская биржа устанавливала цены на перевозку водным транспортом на территории всей Центральной России. Ведущую роль занимали сделки по торговле нефтью, хлебом, солью и лесом.


В 1916 г. Нижегородская биржа прекратила свое существование.

В советские годы в здании Биржи размещался Дом культуры речников им. Калинина.


Здание является объектом культурного наследия.


К сожалению, в результате многочисленных ремонтов на протяжении 20 века были уничтожены многие исторические элементы интерьера. Историческая отделка помещений сохранилась практически только в главном зале. Также остались нетронутыми оригинальные чугунные лестницы с перилами.


Что касается внешнего облика здания, то до настоящего времени не воссоздана утраченная наблюдательная башенка с флажком, отсутствует на главном фасаде барельеф в виде герба города.

Доходный дом Блиновых (Рождественская, 35)


В середине 19 века часть мест на Нижнем базаре перешли к купцам братьям Блиновым. И на протяжении последующего полувека этот и все другие участки в квартале между Софроновской площадью, ул. Рождественской, Нижней набережной реки Оки (современная Нижневолжская набережная) и пер. Рождественским (современный пер. Городецкий) принадлежали разным поколениям этой богатой купеческой семьи.

Купцы Блиновы в середине XIX столетия представили чиновникам проект архитектора Ужумедского-Грицевича на строительство каменных лабазов на Рождественской улице, Софроновской площади и набережной Оки. Это был комплекс, состоящий из 3х частей: два двухэтажных корпуса ставились по углам квартала, а один находился между ними, выходя фасадом на площадь. Все корпуса со стороны площади соединялись аркадами. Угловые флигеля, в проекте названные лабазами, использовались как торгово-складские помещения. В течение 1853-1854 годов дома были построены и заняли всю западную сторону площади. Спроектированный архитектором симметричный ансамбль гармонично вписался в центральную площадь нижнего торга.


Угловой лабаз на пересечении ул. Рождественской, дом № 35/5 сохранился в перестроенном виде до наших дней – это и есть доходный дом Блиновых (объект культурного наследия регионального наследия).


Угол здания оформлен башенной надстройкой с куполом и тонким шпилем, которая перекликается с куполом на углу дома №26 на противоположной стороне улицы Рождественской. В перестроенном виде дошла до нас и центральная часть – дом № 3 на пл. Маркина. А вот второй лабаз, выходивший на противоположную сторону к Оке до наших времен не сохранился. Его сменило здание Нижегородской Биржи.

Аптека Гейнце (Рождественская, 26)


Дом был построен для нижегородского купца Шувалова в 1836-1837 годах. Проект создал архитектор Ефимов в период городских преобразований, начатых по приказу царя Николая I.

Изначально это был двухэтажный дом с подвалом. В нем размещалась гостиница, подвал использовался под склад Санкт-Петербургского Калашниковского пивоваренного завода. В 1895 году дом купила вдова коллежского советника Мария Гейнце. К дому надстроили третий этаж, на крыше соорудили башню со шпилем и чешуйчатым покрытием. Интересно, что в это время крышу соседнего Блиновского пассажа уже украшала башня в виде шатра, и башня на доме Гейнце гармонично уравновесила ее.

После перестройки из здания Блиновского пассажа на первый этаж перевели аптеку семьи Гейнце. Она пользовалась популярностью - здесь продавали не только лекарственные препараты, но и врачебные варенье, леденцы, конфеты, вафли, кисели. В XX веке при ведении строительных работ в земле возле этого дома были найдены старинные бутылочки, склянки и пузырьки от лекарств.

Аптекарь Александр Карлович Гейнце погиб 10 июля 1905 года на площади Острожной (сейчас это площадь Свободы) во время столкновения между митингующими (он находился в их рядах) и черносотенцами. Максим Горький, который был хорошо знаком с Гейнце, в дальнейшем помогал его дочери.

Вот как об этом пишет Н.Берберова в книге «Железная женщина»: «… молодая девушка, Маруся Гейнце, про прозвищу Молекула, дочь нижегородского приятеля Горького, аптекаря Гейнце, убитого в 1905 году чёрной сотней, и теперь удочерённая Горьким, который любил усыновлять сирот. Он усыновил в своё время, как известно, брата Я.М. Свердлова, Зиновия, который даже носил его фамилию (Пешков), и если бы не первая жена, Екатерина Павловна Пешкова, и не Мария Фёдоровна Андреева, то, вероятно, усыновил бы и многих других».

После революции аптека Гейнце была передана Нижгубздравотделу, а сам дом национализирован.

Для справки

События 1905 года на Острожной площади (современная пл. Свободы)

Первая русская революция в Нижнем Новгороде началась 14 января 1905 года с забастовки работниц Молитовской фабрики. К концу января – началу февраля забастовки охватили не только рабочих большинства заводов губернии, но и служащих, бастовали городские приказчики и служащие аптек, сотрудники типографий. В Сормово вводились армейские части. В марте забастовки начали идти на убыль, но 28 апреля по приказу комитета партии социалистов-революционеров прямо у входа в свое учреждение был убит начальник охранного отделения ротмистр Грешнер и смертельно ранен преследовавший террориста караульщик Курицын.

Тем временем в селе Сормово сложилась тяжёлая обстановка, ежедневно собирались рабочие до тысячи человек и слушали речи ораторов, прямо призывавших к свержению самодержавия. В начале июля Нижегородский комитет РСДРП провёл совещание с социалистами-революционерами и местными меньшевиками. Общим решением была запланирована забастовка 9 июля с политическими требованиями.

Усилиями казаков и полиции группы демонстрантов были рассеяны в разных частях города. 10 июля толпа собралась около 18 часов и направилась на Острожную площадь, выкрикивая антиправительственные лозунги. Но демонстранты были остановлены казаками и полицейскими. С другой стороны площади собралась толпа черносотенцев и с кулаками бросилась на демонстрантов. Аптекарь Гейнце достал оружие и выстрелил в нападавших, ранив извозчика Клочьева. Толпа насмерть растерзала начинающего революционера (был опознан потом по обрывку манжеты с монограммой).

Черносотенцы — собирательное название представителей крайне правых организаций в России в 1905-1917 годах. Выступали под лозунгами самодержавия и православия, провозглашали главенство русской нации над «инородцами», отличались крайним антисемитизмом (активно участвовали в еврейских погромах). Первоначально именовали себя «истинно русскими», «патриотами» и «монархистами», затем прижилось общее название «Чёрная сотня» (отсылка к нижегородским «чёрным», то есть низовым, составленным из простого народа сотням, принимавшим участие в Нижегородском ополчении 1612 года.



Уличная скульптура «Разносчик»


Неудивительно, что на некогда шумной торговой улице появилась скульптура мальчика-разносчика. Это подарок городу от сотрудников акционерного общества "Каравай" и хлебозаводчиков Тюриных. На лотке у мальчика в том числе лежит калач – белый пшеничный хлеб в форме замка с дужкой. Память о калаче осталась во многих пословицах и поговорках, например «калачом не заманишь», «тертый калач» (намек на способ приготовления теста для калача, которое долго растирали на льду). Кроме того, от калача происходит и другое выражение: «Дойти до ручки». «Ручка» калача, как правило, не съедалась, а выбрасывалась, если за нее брались грязными руками (например, если обедали, не отрываясь от работы). Но очень голодный человек, дошедший до крайности, не брезговал и грязной ручкой.



Уличная скульптура «Маковский»


Скульптура художника с мольбертом изображает известного живописца Константина Егоровича Маковского, (1839-1915) автора полотна "Воззвание Минина к нижегородцам".


Эта картина относится к числу самых крупных произведений русской станковой живописи, написанных на историко-патриотическую тему (размеры холста – 698х594 см). Она представляет многолюдную сцену сбора пожертвований на Нижегородское ополчение. В центре полотна – земский староста Кузьма Минин, призывающий сограждан отдать деньги и имущество ради освобождения Отечества.



Замысел картины появился у художника еще в 70-х годах 19 века, а готовое полотно было представлено публике в 1896 году. Непосредственно процесс создания полотна занял примерно 6 лет.


Маковский неоднократно приезжал в Нижний Новгород для изучения исторического материала и создания подготовительных этюдов, зарисовок.

Впервые картина экспонировалась в Нижнем Новгороде, на Всероссийской художественно-промышленной выставке 1896 года в отдельном павильоне. В 1908 году ее было приобрело Министерство императорского двора, после чего полотно подарили городу в связи с предстоящими торжествами в честь 300-летия династии Романовых.


Картина находилась в Гербовом зале Городской думы (сегодня – дом N1 по Большой Покровской). В 1972 году она была передана художественному музею и экспонируется в специально выстроенном помещении, примыкающем к дому Д.В.Сироткина.

Скульптура Маковского на ул. Рождественской установлена ко Дню народного единства.

Справка

Константин Маковский был одним из самых популярных российских художников в конце XIX века. Портреты у него заказывали члены императорской семьи и петербургские дворяне. Картины Маковского участвовали выставках Товарищества передвижников, Петербургского общества художников, а самого живописца в прессе называли «вдохновенным певцом эпохи».

Увлечение русской историей отразилось и в других картинах Маковского: «Выбор невесты царем Алексеем Михайловичем», «Смерть Ивана Грозного» и «Поцелуйный обряд». Критики отмечали в этих работах точность цветопередачи, внимание к деталям. Он прописывал даже мелкие детали на своих полотнах, элементы одежды и декора. На Всемирной выставке в 1889 году живописец получил золотую медаль за свои работы, а вскоре ему вручили кавалерский крест ордена Почетного Легиона — одну из главных наград Франции, которую вручают за особые заслуги перед этим государством.


В 1880-х Маковского стали называть «придворным живописцем». Портреты у него заказывали представители самых знатных дворянских родов — Строгановы, Юсуповы, Волконские. Художник вспоминал: «Лучшие красавицы наперебой позировали мне... Я зарабатывал громадные деньги, жил с царственной роскошью и успел написать несметное количество картин, декоративных панно, портретов, этюдов и акварелей».


Маковский увлекся историей и коллекционированием. Он собирал старинные вещи: украшения, одежду, статуэтки, предметы быта. Часть из них живописец использовал в качестве реквизита для картин.


В 1890-х Константин Маковский купил мастерскую в Париже и проводил там много времени вместе с третьей женой Марией Матавтиной. В Россию художник вернулся только в начале 1900-х. Именно в Париже он и напишет свое знаменитое полотно «Воззвание Минина». Натурщиков славянского типа в Париже не хватало, поэтому для написания лиц на картине Маковский использовал свои эскизы, сделанные на родине. Поэтому некоторые лица повторяются по нескольку раз.


В 1915 году Маковский стал одним из учредителей Общества возрождения художественной Руси. Среди целей этой организации было «распространение в русском народе широкого знакомства с древним русским творчеством». Члены Общества выпускали открытки с памятниками древнерусского зодчества, выступали за чистоту русского языка от иностранных заимствований.

Храм во имя Собора Пресвятой Богородицы (Рождественская, 34а)

Одним из красивейших храмов города, охранивших свое богатое внутреннее убранство, является церковь во имя Собора Пресвятой Богородицы - домовая церковь именитого человека – купца Григория Дмитриевича Строганова.

Праздник Собора Пресвятой Богородицы Православная Церковь отмечает на второй день Рождества Христова. Он посвящен описанному в Евангелии приношению волхвами даров только что родившемуся младенцу Иисусу. Поэтому на главном храмовом образе – иконе Собора Пресвятой Богородицы – изображена Матерь Божия с Младенцем на руках в окружении волхвов с дарами (надпись на иконе гласит, что написали ее в 1723 г. игумен Корнилий (Уланов) и его ученик Алексей Городчанинов.


Храм был построен купцами Строгановыми, поэтому его часто называют Строгановским.


Род именитых людей Строгановых имеет давнюю родословную. Они имели огромные земельные владения, богатейшие соляные промыслы. Григорий Дмитриевич построил за свой счет корабли для флота Петра I, ему был пожалован титул барона, а затем и графа.


В Нижнем Новгороде Строгановы обосновались в XVII веке, поселились за рекой в Гордеевке, потом перебрались в нагорную часть, где кипела торговая жизнь города. Здесь были их соляные склады. Здесь же в начале 18 века строит Григорий Дмитриевич свой домовой храм. У Строгановых были свои зодчие, иконописная мастерская, знаменитая богатейшая библиотека.


Всего Строгановы построили 5 храмов (2 в нашем городе и еще 3 - в Сольвычегодске, в Устюжне Железнопольской и в Троице-Сергиевской Лавре). Храм на Рождественской отличается особой монументальностью образа, изысканным, ювелирно выполненным пышным декоративным убранством. Историки архитектуры говорят даже об особом стиле – «строгановском барокко».

Церковь еще часто называют Рождественской, т.к. здесь совсем рядом располагалась древняя церковь в честь Рождества Пресвятой Богородицы. В середине XIX века ее окончательно разобрали. Она дала название крупнейшей торговой улице города и по старой памяти нижегородцы называют Рождественским и храм, воздвигнутый Строгановым.


Храм во имя Собора Пресвятой Богородицы был освящен в 1719 г., уже после смерти Григория Строганова. А в 1722, направляясь в Персидский поход, наш город посетил император Петр I и был на всенощной службе в храме. После этого храм был закрыт еще на несколько лет, и его открыли только после смерти Петра.


Существуют разные версии причин закрытия церкви:

- якобы царь узнал в двух иконах местного чина иконы, которые он заказал мастеру Караваку для Петропавловского собора С.-Петербурга, перекупленные Строгановым, что вызвало гнев императора.

- якобы Каравак придал образу Спаса Вседержителя черты Григория Строганова, что разгневало Петра I.

- закрытие храма никак не связано с гневом императора, храм закрывали по техническим причинам - не был полностью готов иконостас.


В XVIII веке церковь неоднократно горела (в 1768, 1782, 1788 гг). В 1820-1823 годах А. А. Бетанкур и И. Е. Ефимов возвели под церковью стенку-крепиду из кирпича разобранной древней Рождественской церкви. Колокольню, ранее стоявшую отдельно, по уровню второго яруса соединили с папертью крытым переходом. В 1870-1880 годах по проектам Л. В. Даля и Р. Я. Килевейна церковь капитально отреставрировали.


В 1860 году колокольня начала падать. За 20 лет она отклонилась на 1,2 метра от вертикальной оси. В 1887 году пришлось менять ее фундаменты, а верхние ярусы перекладывать.


В советское время было принято решение об уничтожении храма, но его настоятелю отцу Сергию Вейсову удалось сохранить храм. Для этого он провел большую работу -собрал исторические документы и фотографии, прочитал не одну лекцию о культурной значимости Строгановского барокко в кабинетах высоких начальников. В 1934 году храм был закрыт – но не разрушен. В здании разместили музей истории религии и атеизма. Временно исполняющим обязанности директора музея был назначен гражданин Сергей Вейсов, а сторожем - иеромонах Спиридон. Храм освящен повторно 3 июня 1993 года митрополитом Нижегородским и Арзамасским Николаем.


В храме располагаются следующие святыни - старинная икона Николая Чудотворца, иконы с частицами мощей преподобного Серафима Саровского, митрополита Филарета Московского, оптинских старцев в ковчежце рядом с иконостасом, чтимая Державная икона Божией Матери.

Описание церкви


Строгановская церковь пятиглавая (5 куполов обозначают Спасителя и 4 евангелистов. До последней четверти 19 века купола были зеленые. Такими они изображены на акварели И. Шишкина по фотоотпечатку А. О. Карелина. Но в конце XIX века при масштабной реставрации церкви они были окрашены наподобие глав Храма Василия Блаженного в Москве. На пяти главах Строгановской церкви установлены кованые ажурные кресты со сложным рисунком.


Рядом с храмом – колокольня, она представляет собой восьмерик на четверике. Ее первый ярус выполнен в виде триумфальной арки и служит парадным входом в церковь. Верх увенчан крестом с флюгером в виде флажка. Эта деталь характерна для периода увлечения морским делом во время правления Петра I.


Удивительна история часов на колокольне храма.

В русских старинных часах (в отличие от европейских) крутился циферблат, а не стрелки. По кругу шли 17 церковно-славянских цифр (по числе часов в самом длинном световом дне - счет времени вели только днем). На восходе специальный «часоводец» подводил букву “аз” к стрелке-лучу и включал механизм. Но Строганов, чтобы угодить Петру, установил часы европейского образца с движущейся стрелкой. Правда, цифр было по-прежнему 17. Когда их сложный механизм вышел из строя, починил его Иван Кулибин, что прославило юного 15-летнего умельца на весь город.


Со временем часы опять сломались, но мастера для починки уже не нашлось. Их заменили обычными башенными, а в 1879 г. немецкими часами, снятыми со здания Блиновского Пассажа. В 2005 г. их сломанный механизм был восстановлен калужским мастером Красниковым и теперь часы исправно показывают время на всех четырех циферблатах.


В храме сохранился уникальный иконостас из липы с царскими вратами из дуба. Собран он без гвоздей и клея. Ярусы задвигались и прикреплялись при помощи пазов и шипов, словно паззл. Готовый иконостас сначала покрыли левкасом (смесь клея с мелом), а затем сусальным (из очень тонкого листа) золотом. Резьба иконостаса необыкновенно сложна и красива.


В молельном зале на втором этаже расположены хоры. Григорий Строганов сам очень любил петь, а слава о его замечательном хоре гремела по церквям.

Храм с самого начала поражал горожан великолепной каменной резьбой и яркими красками росписи. Рама каждого окна украшена пышным растительным узором. А небольшие колонки возле окон перевиты виноградной лозой.


Первоначально церковь была окрашена в темно-малиновый цвет и расписана желтыми, голубыми и зелеными цветами. На этом глубоком “парчовом” фоне необыкновенно богато смотрелась белокаменная резьба.


Имя зодчего, создавшего храм Рождества Богородицы в Нижнем Новгороде осталось неизвестным, также как и других удивительных по красоте и оригинальности строгановских церковных построек. Возможно, создателем этих замечательных произведений русской архитектуры был один из крепостных строгановских мастеров, учившихся за границей, в Италии. Есть сведения о том, что в конце XVII в. у Григория Строганова работал живописец Степан Дементьевич Нарыков, некоторое время обучавшийся художествам в чужих землях. Им созданы иконы для иконостаса Введенского собора в Сольвычегодске. Его произведения имеются и в Великом Устюге. Не исключено, что именно по его проектам-рисункам и возводились строгановские храмы.


Небывалая красота храма даже вошла в легенду. Рассказывают, что требовал Григорий Строганов от мастеров построить церковь, доселе невиданную. Длилась работа два десятилетия. Когда она была закончена, вызвал хозяин зодчего и принялся выспрашивать, может ли он построить еще более великолепный храм. Тот, или ожидая новой работы, или желая подзадорить хозяина, сказал, что может. Но хозяин помрачнел, осердился и велел ослепить мастера - пусть никогда не будет на Руси храмов красивее! Однако каждый настоящий мастер - чародей. Зодчий рванулся из хозяйских палат к своему храму. Слуги бросились догонять его, но он поднялся на колокольню, добрался до креста и вдруг обратился в ворона, махнул крыльями перед носом у стражи и улетел за Волгу.



Машиностроительный завод «Добров и Набгольц» (Рождественская, 43)


С развитием во второй половине XIX века в Нижегородском крае мукомольной промышленности (Бугровым, Дегтяревым, Башкировым) потребовалась оснастка ее паровыми машинами.


Первая мельница с паровым двигателем в России была построена в селе Воротынец Нижегородской области в 1818 году. Спрос на современные паровые мельницы остро возрос. Строительство одной из них в селе Юрино осуществляет австрийский инженер И.О. Горват, большой знаток этого дела. Паровые мельницы, построенные Горватом, отличаются высоким качеством муки. По приглашению нижегородских купцов-мукомолов Горват приезжает в Нижний Новгород и открывает мастерскую мельничного дела.


В 1864 г. в Москве возникает торговый дом «Доброва и Набгольц», основанной братьями Сергеем и Алексеем Добровыми и швейцарским коммерсантом Богданом Набгольцем. Позднее торговый дом становится одним из крупнейших российских машиностроительных фирм.


Компания «И.О.Горват» была для товарищества очень привлекательным партнером. Добров и Набгольц на правах компаньона входят в бизнес Горвата. Они сразу же делают вклад в техническое оснащение производства, устанавливают токарные станки и компактный паровой двигатель. В 1873 году Горват выходит из предприятия и покидает Россию. Вместе с его мастерской Добров и Набгольц приобретают исключительное право на ряд патентов австрийского компаньона. Позднее промышленники приобретают монопольное право на другие иностранные патенты.


В том же 1873 г. Торговый дом построил механический и чугунолитейный завод в Нижнем Новгороде.


В 1885 здание выгорело, и владельцы предприятия заказали проект более просторного корпуса. Его автором стал нижегородский архитектор Н.Д. Григорьев. Известно, что на этом предприятии начинал трудовую деятельность известный на Волге механик-самоучка Калашников Василий Иванович, внесший своими изобретениями свой вклад в судовое машиностроение. Рассказывают, что Калашников, ступив на пароход, по характеру дрожания люстр в пассажирских помещениях мог определить, в каком узле или механизме следует устранить неисправность.


Фасад здания завода должен был выходить на Рождественскую улицу, в линию с усадьбами Строгановых и Голицыных. По этой причине производственному корпусу придавался вид жилого протяженного дома с соответствующим декором, чтобы внешне здание не контрастировала с прочими домами на этой улице.

Обилие выполненных из кирпича декоративно-художественных элементов убранства "скрыло" промышленный характер здания и не разрушило жилой вид улицы. Со стороны набережной здание имеет более скромный вид.


В конце XIX в. завод выпускал паровые и мельничные машины, станки, приводы, чугунное и медное литье (в т. ч. балконы и лестницы), позднее - ткацкие станки, турбины, нефтяные двигатели, водопроводное оборудование. На рубеже веков завод становится главнейшим в стране поставщиком техники для мельниц и элеваторов. Для Нижегородского края он делал уникальные в России паровые машины, которыми были оснащены производства Башкировых, Бугровых и других крупнейших товаропроизводителей.

Товарищество имело склады в Москве, Саратове, Самаре, Екатеринбурге, Ростове-на-Дону, Курске, Томске, Екатеринославе (ныне – г. Днепр), Одессе, Харькове, Полтаве.


После октября 1917 предприятия товарищества были национализированы. Сейчас в здании располагаются современные офисы и рестораны.


Усадьба Строгановых (Рождественская, 45)


К 1820 г. древние каменные палаты старой усадьбы Строгановых пришли в негодность, и управляющий имением сообщил об этом владельцам. Софья Владимировна Строганова (урожденная Голицына) принимает решение разобрать прежние строения и возвести комфортабельную городскую усадьбу.


Кирпичные дворы с жилыми палатами, лавками и складами, построенные на этом участке Григорием Дмитриевичем Строгановым требовалось разобрать, поскольку они выходили за красную линию улицы. Проект новой усадьбы подготовил архитектор П.С.Садовников. Также был приглашен архитектор Павел Иванов, выпускник Санкт-Петербургской академии художеств». Боковые флигели построены по проекту архитектора И.К. Кострюкова.


12 мая 1824 года от Нижегородского губернского правления было получено разрешение на строительство В мае 1825 года состоялась закладка фундаментов главного дома, двух флигелей и высокой кирпичной ограды. К концу 1825 года 3-х этажный дом был вчерне закончен и покрыт железной кровлей. На каждом этаже в сторону Рождественской проектировалось по 3 горницы. К ним примыкали служебные помещения с винтовыми лестницами.


В сентябре 1827 года после молебна в полностью отделанный дом въехал управляющий Строгановых. Но только через два года комнаты верхнего этажа, где Строгановы останавливались во время своих приездов в Нижний, закончил расписывать крепостной живописец Шереметьевых Кузьма Иванов. К лету 1829 года были полностью отделаны флигеля и кирпичная ограда усадьбы с арочными въездами в служебные дворы, которые закрывались кованными створами.


Как уже говорилось выше, усадьба строилась по заказу графини Софьи Владимировны Строгановой. Софья Владимировна принадлежала к высшему свету – она была младшая дочь знаменитой «усатой графини» Н. П. Голицыной, сестра московского вице-губернатора князя Д. В. Голицына и сестра статс-дамы Е. В. Апраксиной, фрейлина четырех императриц, была очень дружна с императрицей Елизаветой Алексеевной. Ее муж один из богатейших людей России - граф Павел Александрович Строганов – государственный и военный деятель, участвовал в Отечественной войне 1812 года. Пережив мужа и единственного сына (его жизнь унесла война с Наполеоном), Софья Владимировна обратила свои силы на упорядочивание огромного хозяйства.


Одна из легенд гласит, что усадьба Строгановых имеет отношение к истории написания Пушкиным повести «Пиковая дама». В сентябре 1833 года поэт по пути в Оренбург провел два дня в Нижнем Новгороде. Вероятно, нижегородцы рассказали поэту, что усадьба, мимо которой он проезжал по пути на Нижегородскую ярмарку, принадлежит Софье Строгановой, дочери знаменитой графини Натальи Голицыной.


Наталья Голицына была необыкновенная женщина, прожившая на свете почти сто лет. В молодости она славилась красотой и образованностью, владела в совершенстве несколькими европейскими языками. Рассказывали, что знаменитый авантюрист граф Сен-Жермен открыл ей тайну трех беспроигрышных карт – «тройка, семерка, туз». Со временем красота графини померкла (тогда она и приобрела прозвище «усатой графини»), а легенда о трех картах получила широкое распространение. Именно Наталью Голицыну считают прообразом старой графини из «Пиковой Дамы» Пушкина.


«Пиковая дама» дама была написана Пушкиным осенью того же 1833 года в родовом имении Большое Болдино. Как знать, может быть, толчком для этого послужили впечатления от услышанных в Нижнем историй?


Уже в наши дни справа и слева от въездной арки усадьбы появились барельефы Германа и графини с цитатами из повести.



«Вы можете – продолжал Герман – составить счастье моей жизни, и оно ничего не будет Вам стоить. Я знаю, что вы можете угадать три карты сряду». «Это была шутка – сказала графиня – клянусь Вам»


Усадьба Абамелек-Лазаревых (Рождественская, 46)


По своему расположению дом князей Абамелек-Лазаревых завершает застройку улицы Рождественской перед Благовещенской площадью.

Этот небольшой особняк был построен в 1845 году по проекту архитектора А.Е.Турмышева для главы семьи Христофора Екимовича Лазарева.

С 50-х годов в доме останавливались приказчики Абамелек-Лазаревых, совершавшие торговые сделки на Нижегородской ярмарке. Там же находилась постоянно контора продажи кровельного железа. Изначально это был трехэтажный дом, его первый этаж был засыпан уже в 20 веке, при строительстве Окского моста.

Семен Давыдович Абамелек и его супруга Елизавета Христофоровна (урожденная Лазарева) были наследниками огромнейшего состояния двух семей – промышленников Лазаревых, имевших армянские корни, и древнего рода Абамелеков, породнившегося с грузинскими царями. Они взяли двойную фамилию в 1873 году, когда мужская линия Лазаревых пресеклась.

Их прадед - родоначальник семьи Лазаревых - Лазарь Назарович происходил из знатного армянского рода, его родители служили при дворе персидского шаха, а сам он переселился в Россию в 18 веке. Основная часть богатства нажита Иваном Лазаревичем, скупившим горнодобывающие заводы Строгановых в Пермской губернии. Будучи придворным ювелиром, он привез в Россию и продал графу Орлову крупнейший алмаз Российской империи, подаренный затем Екатерине II на ее именины.


Подобные заслуги и знакомства с приближенными к императрице людьми позволили Лазаревым получить дворянский титул, стать основными поставщиками металла в стране и нажить огромнейшее состояние.

К началу 20 века – это крупнейшие в России (после графов Строгановых) землевладельцы и горнопромышленники, князья.


Последний представитель семьи, крупный меценат, Семен Семенович Абамелек-Лазарев, финансировал зарубежные стажировки русских художников и скульпторов. Был попечителем армянских церквей в Москве и Санкт-Петербурге, почётным попечителем Лазаревского института восточных языков. Окончив историко-филологический факультет Петербургского университета со степенью кандидата, служил в министерстве народного просвещения. В 1881–1882 гг. совершил путешествие по странам Средиземноморья. В Сирии на раскопках Пальмиры он сделал крупное археологическое открытие – нашёл мраморную плиту с надписью на греческом и арамейском языках, с помощью которой был позднее расшифрован древний арамейский язык. К началу Первой мировой войны Абамелек-Лазарев – один из богатейших людей России. Ему принадлежали золотые прииски и рудники на Урале, угольные шахты. Князь владел двумя шикарными особняками в Санкт-Петербурге, и виллой в Италии (сейчас там располагается резиденция российского посла в Италии).


С его смертью род Абамелек-Лазаревых по мужской линии прервался.


Нет исторических свидетельств, что Семен Семенович сам когда-либо посещал скромный доходный дом в Нижнем Новгороде, построенный его дедом Христофором. Тем удивительнее история, связанная с обнаружением в доме тайника с сокровищами.


Вероятно, это была всего лишь небольшая часть колоссальной семейной коллекции драгоценностей и предметов искусства. Доподлинно неизвестно, каким образом она попала в Нижний Новгород, но сама история нахождения клада описана подробно.


20 декабря 1918 года члены Чрезвычайной комиссии проводили обыск в особняке Абамелек-Лазаревых. Дом давно пустовал, и его уже посещали грабители — вскрыли половицы, наделали дыр в стенах. Дом стоял разоренным и пустым. Обыск не принес результатов, пока один из чекистов случайно не облокотился на деревянную завитушку на стене, обшитой мореным дубом. На противоположной стене открылась дверь в сводчатую комнату, уставленную большими сундуками. Была там золотая и серебряная посуда, фамильное серебро князей, старинные ювелирные украшения с драгоценными камнями. Подробная опись клада заняла 26 листов, общая ценность составила более миллиона рублей. К сожалению, лишь незначительная доля найденного оказалась в собрании краеведческого музея, остальное бесследно исчезло «в закромах родины», вероятно – было продано за границу.



Благовещенский монастырь (наружный осмотр)


Благовещенский монастырь является самым древним из монастырей Нижнего Новгорода и одним из древнейших в России. Основан при закладке Нижнего Новгорода в 1221 году. Основатели великий князь Георгий Всеволодович и предположительно - святитель Симон.


Вскоре после закладки, в 1229 году монастырь подвергся нападению мордовского князя Пургаса. Был полностью разорен и сожжен, восстановлен лишь к середине 14 века.


Возрождение монастыря связано с именем митрополита Московского Алексия,

1357 год митрополит направляется в Золотую Орду, куда он был призван, чтобы силой молитвы исцелить от слепоты ханшу Тайдуллу – мать (по другой версии - жену) хана Джанибека.


Согласно легенде, он остановился на берегу Оки на отдых, недалеко от разрушенной Благовещенской обители. Печальное зрелище разоренного монастыря не оставило святителя Алексия равнодушным, и он дал обет: в случае благополучного своего возвращения восстановить здесь обитель в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Из Орды Митрополит Алексий был отпущен "с великой честью", так как полностью исцелил ханшу, и тем самым избавил Русь от нового разорительного набега. Святитель Алексий исполнил свой обет, и в 1370 году была построена белокаменная одноглавая церковь Благовещения. К сожалению, Благовещенская церковь не сохранилась до наших времен (она был перестроена в 17 веке)


Главной святыней монастыря почиталась Корсунская икона Пресвятой Богородицы, подаренная святителем Алексием. Образ был византийской работы, привезенный митрополитом из Москвы. В годы советской власти образ был реквизирован. В настоящее время его судьба и место нахождения остаются неизвестными.


Возрожденный в XIV веке Благовещенский монастырь начал расти и процветать. Великие князья Суздальские и Нижегородские даровали ему земли, снабжали насельников всем необходимым. Многие светские и духовные лица жертвовали денежные и имущественные вклады на устроение этой иноческой обители, становясь ее покровителями, защитниками и благотворителями.


Число живущих в монастыре насельников в 18 веке, до реформы 1764 года, составляло больше 5 тыс. человек. В 1764 году Благовещенская обитель решением Священного Синода была передана в непосредственное управление епископа Нижегородского и Арзамасского.


После Октябрьского переворота Нижегородский Благовещенский монастырь в 1919 году был закрыт. Постепенно в его стенах обосновались различные гражданские учреждения и организации. В жилых помещениях размещалась школа имени М. Ю. Лермонтова, коммунальные квартиры рабочих и служащих. Склады и другие хозяйственные постройки использовало военное ведомство, разместив в них обозный транспорт. На территории монастыря проводились постройка лодок, ремонт экипажей, ковка лошадей и т. д. В распоряжении верующих осталась лишь одна небольшая церковь во имя апостола Андрея Первозванного.


В 1922 году под предлогом помощи голодающим из храмов Благовещенского монастыря были изъяты наиболее ценные богослужебные предметы – золотые и серебряные ризы с икон, напрестольные кресты, дарохранительницы, сосуды, кадила, лампады и многое другое. Согласно архивным документам, общий вес изъятых предметов составил около 136 килограммов.


В 1923 году, на основании официального заключения советских властей, уничтожена каменная часовня во имя святителя Алексия над святым источником как ветхое и не представлявшее архитектурной ценности сооружение. А через год по просьбе приходского совета Андреевской церкви, который на тот момент возглавлял архимандрит Иосиф (Каменецкий), монастырь был принят под охрану местным Губмузеем. Все его сооружения были причислены к первой категории памятников, охранявшихся государством, но эти меры не могли уберечь монастырь от разорения. В 1928 году единственный действующий на тот момент Андреевский храм был закрыт, а его имущество передано государству. С этого времени все монастырские строения были окончательно национализированы. Церковная жизнь прервалась. Немногочисленная братия и члены причта были выселены.


В 1948 году в Алексеевском храме был размещен планетарий (находился там до 2005 года), в связи с чем храм был частично перестроен.


В 1960 году монастырский ансамбль как памятник архитектуры был взят под государственную охрану, но все его здания оставались в полуразрушенном состоянии, без ремонта и реконструкции. В 70–80 годы XX века началась частичная реставрация некоторых сооружений Благовещенского монастыря, в первую очередь Благовещенского собора, который пострадал от урагана 1974 года. В 1987 году реставрационные работы были закончены.


Когда в 1991 году древняя обитель была возвращена Нижегородской епархии, началось возрождение Благовещенского мужского монастыря. В стенах монастыря возобновилась церковная жизнь, стали совершаться богослужения. 25 сентября 1993 года считается официальной датой открытия монастыря.


Просмотров: 40
СВЯЗАТЬСЯ С НАМИ

Адрес офиса:

Н.Новгород, ул. Б. Печерская,​​ 31/9, оф. 2105

Адрес учебной аудитории:

Н.Новгород, УРИО, ул. Сергиевская,​​ 10/42, каб. 305

Телефон: +7 (987) 55-33-33-4

kultprosvet.nn@gmail.com

  • Black Vkontakte Icon
  • Black Facebook Icon