Поиск

От площади Минина до Театральной площади

Обновлено: 1 нояб. 2021 г.


Городская скульптура «Городовой» (у дома пл. Минина и Пожарского, 2/2)

Скульптура изображает служащего полиции конца XIX века. Это реальный персонаж нижегородской истории. Скульптура отливалась на основе фотографии околоточного надзирателя Василькова, сделанной в фотоателье Максима Дмитриева в конце XIX века. На шее у стража порядка медаль «За беспорочную службу в полиции». Околоточный надзиратель или в обывательской речи просто «околоточный» - это чиновник городовой полиции, ведавший околотком (минимальной частью полицейского участка, 3-4 тыс. жителей), аналог участкового.

Не каждый мог поступить на службу в российскую полицию. Желающий должен был соответствовать ряду условий: благообразная наружность, рост не менее 175 см, крепкое телосложение, хорошее здоровье, острое зрение, состояние в запасе (отслужил в армии), беспорочное поведение, сообразительность и расторопность. А для околоточного надзирателя – еще и военный чин, образование не менее 3-х классов, аттестация из полка.

Одежда околоточного надзирателя: шапка зимой или фуражка летом, кафтан темно-зеленого сукна (обшлаги и воротник оформлялись оранжевым кантом), галстук, шаровары и кушак – черного сукна, лаковые сапоги, перчатки, плащ, капюшон при непогоде. Обязательное вооружение – кавалерийская шашка, револьвер на поясе в кобуре на оранжевом шнуре с трехцветной гайкой, свисток.

Обязанности околоточного надзирателя были многочисленны и разнообразны. «Инструкция околоточного надзирателя московской полиции» представляла собой книгу в 300 с лишком страниц! Главная задача состояла в том, чтобы жители наблюдаемого околотка (3-4 тысяч человек) неукоснительно соблюдали правила общественного порядка.

Надзиратель должен был досконально знать обо всем происходящем на вверенной ему территории – от затеваемых в домах ремонтах, которые можно было вести только с разрешения властей, до уборки мусора и снега - чтобы в гололедицу дороги песком посыпались.

Он должен был знать все о домах, домовладельцах, содержателях доходных заведений. Он был обязан как можно чаще обходить пешком свой околоток днем и ночью, проверяя, как несут службу городовые, дворники, ночные сторожа, все замечая и составляя протоколы по всякому происшествию.

Околоточный был привязан к своей территории и даже оставлять ее мог только с разрешения вышестоящего начальства. Околоточным предписывалось вести практически аскетичный образ жизни – им воспрещалось посещать рестораны и трактиры, кроме как для исполнения служебных обязанностей. И даже жениться можно было только с разрешения градоначальника!

Околоточному подчинялись городовые и дворники. Городовой - низший полицейский чин в Российской Империи. Без них невозможно представить губернский город второй половины XIX века. Главная задача городового - следить за порядком. Посты, обычно, располагались на перекрёстках улиц таким образом, чтобы дежуривший городовой мог видеть своих коллег на других постах. Дежурство длилось 8 часов. Один пост обслуживался тремя городовыми посменно.

Городовые наблюдали за порядком - зажигание огней при наступлении вечера, езда по улицам, ремонт домов, вывоз нечистот, «забор нищих», наблюдение за газетчиками и разносчиками, за питейными заведениями и публичными домами. Кроме общих обязанностей, городовой, заступив на пост, должен был твёрдо знать все дома и домовладельцев во вверенном участке, место нахождения пожарных кранов и сигналов, почтовых ящиков, ближайшие больницы, аптеки, родильные приюты, телефоны и адреса живущих рядом врачей.

Городовому предписывалось «вести себя всегда прилично своему званию», запрещалось «принимать от обывателей какие бы то ни было подарки деньгами или вещами», запрещалось грубое обращение с гражданами любого сословия, рукоприкладство.


Б.Покровская, 1 – «Дворец труда»

Одно из самых заметных зданий стоит в самом начале улицы Большой Покровской. Это Дворец труда.

В 1851 году купец Петр Бугров построил на этом месте каменное здание. До 1894 года там размещались торговые лавки, а на втором этаже - городской театр. Нужно отметить, что старообрядец Бугров с большой неохотой сдал помещение увеселительному заведению, уступив лишь просьбам губернатора. При постройке произошел несчастный случай – часть недостроенной стены обвалилась, насмерть задавив несколько рабочих. Дело замяли, но над домом как будто тяготел злой рок - несколько раз здание выгорало изнутри, постепенно разрушалось. Бугровы поспешили избавиться от сомнительной недвижимости, дом часто менял владельцев и наконец пришел в полное запустение и оказался в залоге, заслужив в народе название «дома-катастрофы».

В 1894 г. судьбу здания обсуждала городская Дума. Планировалось выкупить здание из залога и отремонтировать ко Всероссийской выставке 1896 г., чтобы в нем мог возобновить свою деятельность театр. Николай Бугров обратился с просьбой: «Ходатайствую перед Градской Думой. Стройте театры, где желаете, только место, где сейчас театр стоит, мне продайте. Хорошую цену дам, уважьте. Родители покойные, папенька с маменькой, на этом месте жили, дом имели. Легко ли их косточкам в могилках знать, что теперича здесь театр?». «А что же, по вашему мнению, в театре такого делают, что родительские кости могут тревожиться в гробах?» — поинтересовался городской голова. Николай Бугров высказался в том смысле, что театр - место неприличное. Его просьбу уважили. Бугров выкупил дом у банка за 50 тысяч рублей.

А через неделю после покупки Городская дума получила от Бугрова письмо, в котором он извещал, что отдает приобретенный дом Городской управе, правда, при одном условии: «… в этом здании впредь никогда не допускать устройство какого-либо театра или увеселительного заведения…»

В 1898 году в планах Городской думы было открытие магазинов на первом этаже и библиотеки на втором, но во время ремонта случился – который по счету – пожар, и здание выгорело.

Через некоторое время на этом месте городская дума решила построить собственное административное здание. Причем Бугров опять не остался в стороне: он взял на себя свыше 70% расходов по строительству дворца. Проект был заказан петербургскому архитектору Владимиру Петровичу Цейдлеру.

В знак признательности Дума нарекла своё новое здание «Бугровским благотворительным корпусом». Она ходатайствовала перед императором о присвоении Н. А. Бугрову звания мануфактур-советника, учредила стипендии имени Бугрова в Коммерческом и Кулибинском училищах, учредила фонд Бугрова во «Вдовьем доме». Знаменитому художнику Маковскому Дума заказала парадный портрет Бугрова в полный рост. Но по какой-то причине эту работу исполнил другой художник, Богданов-Бельский. Портрет сохранился, и теперь он - реликвия Нижегородского художественного музея. А вот мемориальная доска на Дворце труда появилась сравнительно недавно, в 1997 году, к 160-летию Н. А. Бугрова.

Дом Городской думы был построен в 1904 году и стал одним из самых значительных сооружений в нашем городе. Центральный фасад его выходил на главную площадь города и прекрасно гармонировал с Дмитровской башней Кремля и церковью митрополита Алексия (не сохранилась). Дом в плане имеет форму трапеции, с замкнутым внутреннем двориком, характерным для крупных зданий столичных городов начала 20 века. Главный фасад украшен гербом города с изображением оленя.

По своему функциональному содержанию дом делился на три самостоятельные части – зал заседания Думы с обслуживающими комнатами, помещение Городской управы (со стороны Зеленского съезда) и роскошные магазины на первом этаже, протянувшиеся вдоль Большой Покровской.

Парадность и значительность огромному вестибюлю придает центральная лестница, что ведет в зал заседаний. Сам зал поражает красотой: в его интерьере использовались элементы декора царского павильона с Всероссийской выставки 1896 года. С 1908 по 1972 год здесь находилась известная картина Константина Маковского «Воззвание Минина» (в настоящий момент экспонируется в НГХМ, филиал на Верхневолжской наб.).

В годы Великой отечественной войны здесь размещался эвакогоспиталь № 2817 для воинов Советской Армии. С 1919 по 2013 годы здание принадлежало профсоюзным органам, благодаря чему получило название «Дворец труда».

Справка

Николая Александровича Бугрова (1837 - 1911) называли некоронованным королём Нижнего Новгорода – такое огромное влияние он имел и в экономике, и в общественной жизни нашего города. Миллионер, крупный промышленник, приятель великих князей и министров, благотворитель, Почётный гражданин Нижнего Новгорода и вообще яркая фигура – Бугров-младший притягивал к себе всеобщее внимание. Он был владельцем самых современных паровых мельниц, перемалывающих миллионы пудов зерна в год, пароходства на Волге, льнопрядильной мануфактуры, сотен десятин леса и целых селений. В 1896 году именно Бугров выиграл «тендер» на снабжение хлебом всей русской армии.


Громадную популярность создала Бугрову широкая благотворительность, на которую он тратил около половины дохода. Николай Александрович выстроил приют для бездомных, где им предоставлялся ночлег ("Бугровская ночлежка"на современной пл. народного Единства). На окраине города (современная пл. Лядова) существовал учреждённый им Вдовий дом, дававший приют 150 женщинам с детьми. Жертвовал миллионер крупные суммы на школы, богадельни, детские приюты, поддерживал старообрядческие скиты. В бугровской кухне стояла на столе деревянная плошка, наполненная двугривенными, из которой каждый нуждающийся мог брать потребные средства. Обладая огромным состоянием, купец-меценат «держал в кармане» городскую и губернскую власть. На приеме у министров сначала приглашали в кабинет знаменитого промышленника, а затем уже губернатора. Не мог губернатор тягаться с человеком, у которого периодически занимал под векселя крупные суммы денег.


У этого «большого» человека были и большие слабости. В молодости Бугров был три раза женат, но к сорокалетнему возрасту похоронил всех трёх жён. Не имея права по церковным канонам больше жениться, питал слабость к женщинам, объясняя так: «Блуд не грех, а испытание божие». Из покровительствуемых им скитов он выбирал понравившуюся девушку и брал её к себе в дом «для услужения». Когда прихоть проходила, он выдавал девушку замуж за одного из своих многочисленных служащих. Девушка отныне именовалась «племянницей» и могла рассчитывать на всемерную помощь богатого дядюшки.


Когда хоронили Николая Александровича, за гробом шел весь город. Не умолкая, гудели на весенней Волге пароходы, отдавая последнюю почесть хозяину. В газетном некрологе он был назван прежде всего «крупным благотворителем», а затем уже «представителем хлебного дела».


Городская скульптура «Чистильщица обуви» (у дома Б.Покровская, 1)

Кажется, что эта скульптура изображает мальчика-чистильщика обуви. На самом деле, в фартуке, с черными щетками в руках и с деревянной коробкой сидит на этом месте женщина, которая в течение многих лет чистила обувь нижегородцам.


По национальности она – изидка: так называли курдов. Это потомки ассирийцев, проживающие в Иране, Ираке и Армении. В России изиды всегда занимались чисткой и ремонтом обуви. В 1920 году Михаил Калинин особым приказом распорядился «ассирийцам предоставить чистку и ремонт обуви», а в Ленинграде после войны даже существовала особая артель «Трудассириец». Так что уличные сапожники и чистильщики обуви восточной внешности в Москве, Ленинграде и других городах стали неотъемлемой частью уличных пейзажей. Наша изидка славилась на всю округу своим стойким чудо-кремом для обуви, который готовила по собственному рецепту.

Известно её имя - Мария Осиповна Бениаминова. Она чистила обувь на этом месте более 30 лет. Ее клиентами были многие сотрудники советского хозяйственного и партийного аппарата из организаций, расположенных в Кремле. Говорят, что обувь после ее работы сохраняла блеск на всю неделю.

На себя она почти ничего не тратила, но, когда ее внук увлекся мотоциклами, подарила ему первый в Нижнем Новгороде (тогда Горьком) мотоцикл «Harley-Davidson».


Б.Покровская, 2 - Верхнепосадский общественный корпус / Мытный рынок

Еще в 1830-х годах по обе стороны от Дмитриевской башни, вдоль кремлевской стены, располагались деревянные торговые лавки. По новому плану площади они были снесены. Для торговых рядов архитекторами Иваном Ефимовым и Антоном Леером в 1841 году был построен протяженный корпус. Центральным фасадом он выходил на площадь, боковыми фасадами - на улицы Алексеевскую и Большую Покровскую.

В рядах центральной части располагались склады. В рядах, выходящих на улицы, торговали чаем, сахаром, бакалеей, фарфоровой посудой, шорным товаром. На третьем этаже по Большой Покровской находились Городская дума, Палата казенного имущества, органы городского управления, Палата Гражданского суда.

В 1904 году Городская дума и городская управа переселились в новое здание. Часть корпуса по Большой Покровской (д.2) реконструируется в стиле модерн архитекторами Вернером и Вешняковым, в него переезжает общественная библиотека.


По фасаду это здание украшают установленные в ниши бюсты великих русских писателей: Льва Николаевича Толстого, Александра Сергеевича Пушкина, Фёдора Михайловича Достоевского.

Это здание также связанно с именем Горького. В 1900 году здесь он организовал в городе первую общественную елку для беднейших детей. Установлена была большая елка, снизу доверху украшенная сияющими игрушками, вокруг которой под звуки военного духового оркестра водили хороводы 500 детишек. Затем перед ними выступил хор учеников городского училища, исполнивший детские рождественские песенки. В перерывах детей поили клюквенным морсом и сладким квасом. В завершение, каждый ребенок подучил подарок: мешочек со сладостями, что-то из зимней одежды или обуви, книжку или тетрадку с карандашом. После окончания елки все дети были развезены нанятыми извозчиками по домам. Узнать больше об этом празднике можно из статьи Горького "Нечто о елке" (напечатана в газете "Нижегородский листок").


Эти представления, названные в народе "горьковскими елками", проводились ежегодно до 1904 года. В наше время в память о них программа праздничных новогодних общегородских мероприятий получила название "Горьковская елка".

За стенами корпуса долгие годы находится Мытный рынок (в настоящий момент ожидается его открытие после затяжной реконструкции). Корпус окружает рынок с трех сторон. «Мыт» - значит налог. Вероятно, это имя носили еще старые торговые ряды, располагавшиеся под стенами Кремля, где взималась плата за въезд в город. Поэтому рынок и стал называться Мытным, и сохранил это имя после переезда. Это самый старый рынок в Нижнем Новгороде.

Рыночный двор, заполненный лавками, в которых продавали скоропортящуюся провизию и зелень, играл в быту нижегородцев двоякую роль. Обладавший деньгами шел туда за покупкой продуктов; не обладавший деньгами шел туда за работой. Одна из лавок на Мытном, занятая живорыбной торговлей наследников Гузеева, имела большой крытый железом навес перед входом. Это место сбора городского пролетариата, ищущего работы, называлось «мытной биржей».

Ежедневно с восьми часов утра площадка перед навесом наполнялась разношерстной толпой. Тут рабочие кирпичных заводов, плотники, столяры, штукатуры, кровельщики, грузчики, приказчики, домашняя прислуга. Подряжались перенести тяжести, покупки с рынка, перевезти на лодке через реку. Представители мелкой интеллигенции пытались подзаработать рекламой товаров, комиссионерством. Одним из престижных считалось место факельщика бюро похоронный процессий "Полушкин и Ершов" (ул. Большая Покровская, 11). Ведь им не только платили, но и кормили на поминках. В их обязанности входило сопровождение катафалка для придания процессии большей торжественности. Однако получить эту работу мог не каждый. Необходим был высокий рост, худоба и скорбное выражение лица.

Групповой наем рабочей силы (на работы по расчистке снега на железной дороге, на ремонт и подсобные работы после оползней и паводков и пр.) практиковался только до двух часов дня. После этого на долю «мытной биржи» оставалось только мелкое разовое обслуживание нужд посетителей рынка.

Отнести на дом кулек провизии, наколоть дрова, набить снегом погреб — вот за что принимались люди «навеса», чтобы добыть кусок хлеба. Более сильные отправлялись дежурить у дверей мучных лавок. За десять-пятнадцать копеек человек взваливал на себя пятипудовый мешок крупчатки, куль овса или гороха и тащил в любую, хотя бы самую отдаленную, часть города. Пятиалтынный — предел оплаты его труда, так как извозчик брал за то же расстояние двугривенный. Мало кто из горожан знал, что среди таскавших муку и зерно по улицам Нижнего числилось немало … женщин, одетых в штаны и рубаху.

Начиная с конца ноября (время замерзания Оки), через реку устанавливался, кроме обычной пешей и конной переправы, ещё людской перевоз. Носильщики с Мытного двора, приделав деревянный стул к салазкам, перевозили в них за пятачок любого на ту сторону. Багаж помещался в ногах у седока, «рикша» толкал салазки сзади, семеня лаптями по льду реки.

Своё общественное назначение здание сохранило до сих пор – здесь находится выставочный комплекс, где представлены работы известных художников (открыт в 1974 г.), с 2021 года входит в состав НГХМ.


Городская скульптура «Фотограф» (у дома Б.Покровская, 2)

Скульптура «Фотограф» посвящена выдающимся нижегородским фотохудожникам второй половины XIX – начала XX века, из которых наиболее известны Андрей Осипович Карелин и Максим Петрович Дмитриев.

Справка:

Андрей Осипович Карелин – уроженец Тамбовской губернии, внебрачный сын государственной крестьянки. В возрасте 10 лет он был отправлен в Тамбов – учиться иконописи, а еще через 10 лет поступил в Петербургскую академию художеств. Проявляя себя как талантливый художник, Карелин уже во время учебы увлекается новым искусством «светописи», то есть фотографией, и именно в этой области ему было суждено добиться замечательных успехов.

По окончании учебы Андрей Осипович из-за проблем со здоровьем по совету врачей поселяется на Волге, сначала в Костроме, потом в Нижнем Новгороде, с которым и связана вся его дальнейшая личная и творческая жизнь. Карелин открывает сначала живописную мастерскую, немного позднее мастерскую «Фотография и живопись», где желающие могли заказать живописные или фотографические портреты. Но не только портреты увлекали мастера, он много снимал городских пейзажей и видов ярмарки, а также этапы строительства павильонов XVI Всероссийской промышленной и художественной выставки.

В 1870 году Карелин получил задание от нижегородского губернатора – создать к 15-летию царствования императора Александра II цветной фотоальбом с видами города. Фотографии он сделал, однако не решился раскрасить их сам. Для этого он попросил расписать снимки акварелью профессионального пейзажиста Ивана Шишкина. Шишкин сначала отказался от предложения, но позднее Карелин его все-таки уговорил. Альбом «Нижний Новгород» был подарен Александру II и понравился ему.

Андрей Осипович много экспериментировал с техникой фотосъемки. Изучая физику и оптику, приемы освещения, именно Карелин впервые в Европе применил в фотосъемке добавочные линзы. Изучив связь между фокусным расстоянием, степенью диафрагмирования и глубиной резкости, фотохудожник получал необходимую четкость изображения и нужную резкость во всех планах. Ранее, когда техника была еще очень несовершенна, одной из проблем при съемке было то, что объекты в кадре приходилось располагать на одной линии, иначе часть предметов или людей размывалась на полученном изображении. Андрей Осипович с помощью своих экспериментов с линзами и объективами добился того, что все в кадре получалось четким, мастеру удалось создавать качественные портреты и портретные группы на значительном пространстве и расстоянии между объектами – до 7 метров. Благодаря своей технике, Карелин стал первым русским фотографом, который создавал снимки в жанре интерьерного портрета. Особенно большой популярностью пользовались так называемые комнатные группы, когда в кадре было до 6-7 человек. Сами фотографии при этом представляли еще и четко выстроенную художественную композицию.

В 1876 году Карелину было присвоено звание фотографа Императорской академии художеств «за изобретенный особый способ фотографии». Усилия мастера были вознаграждены и на европейском уровне. Достаточно сказать, что после успешного участия в нескольких международных выставках – в Вене, Париже, Филадельфии, Эдинбурге Карелина приняли в члены Французской национальной академии искусств. По словам современников, на Всемирной фотографической выставке в Эдинбурге он буквально «затмил работы всех известных иностранцев, и, по единогласному решению жюри, получил высшую награду – золотую медаль «За открытие нового пути и приемов фотографии».

Позднее в 80-е годы, овладев техникой фотографирования в совершенстве, Андрей Карелин представил зрителям ряд своих совершенно новых работ. В них мастер отступил от прежних приемов и теперь придавал изображениям художественную мягкость контуров, как будто сдваивая их. Как живописец Карелин стремился приблизить свои фотографические работы к произведениям лучших художников.

Творчество и увлечения Андрея Осиповича Карелина были многообразны: кроме фотографии, это живопись, иконопись, музыка, коллекционирование предметов старины, активная общественная деятельность. Он основал в Нижнем Новгороде художественную школу и до конца жизни преподавал в ней.

Через несколько лет в том же самом доме, где была мастерская Карелина, открылось новое фотографическое заведение – Максима Петровича Дмитриева.

Максим Петрович Дмитриев - как и Андрей Осипович Карелин, родился в Тамбовской губернии, был незаконнорожденным сыном крепостной крестьянки. Образование получил в обычной церковно–приходской школе. В 15 лет, благодаря стараниям матери, желавшей дать сыну хорошую профессию, поступил в мастерскую известного московского фотографа М.П.Настюкова, где приобрел практические навыки. Настюков поощрял в ученике стремление к познанию, и юноша по воскресеньям посещал рисовальные классы Строгановского художественного училища.

В 16 лет Максим Петрович Дмитриев впервые попадает в Нижний Новгород, причём в период работы ярмарки – там Настюков владел собственным фотопавильоном. Пребывание юного фотохудожника в городе стало судьбоносным: ему посчастливилось встретить Андрея Осиповича Карелина. Через несколько лет Дмитриеву было предложено работать у Карелина, и тут окончательно сформировались его творческие способности.

Приходит время, и Дмитриев открывает собственное фотоателье. Ателье было перестроено по проекту самого мастера и занимало 3 этажа. Уже при входе будущий клиент мог оценить образцы работ Максима Петровича, выставленные в целях рекламы в большой стеклянной витрине и вдоль крутой лестницы, по которой посетители поднимались на 2-й этаж в залитый светом съемочный павильон – крыша и одна стена помещения были стеклянными. Свои фотографии заказчики получали с фирменным паспарту с золотым тиснением. Предприятие, благодаря художественному, а также коммерческому талантам фотографа было успешным. Однако работа в стационарных условиях не приносила мастеру полного удовлетворения: он стремился снимать живую природу, людей в обычных бытовых условиях.

Московская публика впервые увидела работы Дмитриева на выставке, посвященной 50-летию светописи. Экспозицию составляли 53 безукоризненно выполненные работы большого формата – волжские виды, лесные пейзажи, групповые и индивидуальные портреты. В 1892 году фотограф принял участие во Всемирной выставке в Париже, где был удостоен золотой медали. Были золотые медали в Москве, Чикаго.

Важное место в творчестве мастера занимали работы, имевшие социальную направленность. После засухи 1891 году в Поволжье Дмитриев создал цикл фотографий, изданный отдельным альбомом «Неурожай 1891-1892 годов в Нижегородской губернии», который произвел ошеломляющее впечатление. Виды разоренных голодом и болезнями деревень, самоотверженная работа медицинских работников и земских деятелей, помогающих больным крестьянам, никого не могли оставить равнодушными. Это было первое в России издание с репортажными фотографиями, рассказывающими о постигшем русских людей несчастье, показывающее тяжелую жизнь и страдания простого народа.

А вскоре Максим Петрович приступил к новой работе: он начинает создание цикла фотографий под названием «Волжская коллекция», запечатлевшего места вдоль Верхней и Средней Волги. Съемки продолжались 10 лет. В громадной коллекции оказалось несколько тысяч негативов, на которых запечатлены исторические достопримечательности и завораживающие пейзажи рек, вековые заволжские леса, виды городских поселений, жители Поволжья всех национальностей. С камерой весом около 100 кг фотограф плавал по Волге, фотографировал с борта теплохода, с берега, забирался на крутые холмы, колокольни и мосты. Волгу мастер фотографировал подробно, буквально через каждые несколько верст. Этот труд, который Дмитриеву никто не заказывал и который стоил немалых денег, сам мастер считал важным оставить для потомков.

В конце 80-х годов Максим Петрович был избран в действительные члены Русского географического общества. Фотохудожник активно участвовал в работе НГУАК. По просьбе Академии художеств снимал старинные городские здания, кремль, этапы реставрации храмов, археологические раскопки. Максима Дмитриева по праву можно считать основоположником русского публицистического и социального фоторепортажа.

К 1929 году частные фотосалоны в СССР были национализированы или закрыты. Власти причисляют фотографа Дмитриева к разряду промышленников, использующих наемный труд, что облагалось непомерными налогами. И в конце 1929 года Нижегородская фотография М.Дмитриева была национализирована и стала государственным предприятием (фотографией Детской трудовой коммуны (ДТК)). Власти заключили трудовой договор с Дмитриевым, согласно которому он принимался на должность павильонного фотографа и заведующего художественной частью фотоателье. В 1933 году Дмитриев захотел перевезти свой личный фотоархив из ДТК к себе на квартиру, но местные власти запретили это делать и конфисковали у фотографа около семи тысяч негативов, часть из которых позже была утеряна.

Благодаря Карелину и Дмитриеву и многим другим энтузиастам и художникам фотографического дела сейчас мы знаем, как выглядела и жила наша страна более 100 лет назад.

В 1992 году в доме № 9а по улице Пискунова 9а, там, где располагались фотоателье основоположника русской художественной фотографии Андрея Осиповича Карелина, а позднее - основоположника русской публицистической фотографии Максима Петровича Дмитриева, по инициативе общественности появился первый в нашей стране музей Русской фотографии.

Б.Покровская, 4а - Дом Костромина (Учебный театр)

Этот дом - старейший в застройке улицы. Он является единственным сохранившимся в Нижнем Новгороде домом, связанным с жизнью механика-самоучки И. П. Кулибина.

Михаил Андреянович Костромин происходил из крестьян, приписанных к нижегородскому Печёрскому монастырю, в 1764 году стал «экономическим». Предъявив капитал, записался в купцы города Чёрный Яр, но жил в Нижнем Новгороде. Чтобы добиться признания среди высшей аристократии и властей города, М. А. Костромин предложил изобретателю И. П. Кулибину изготовить для императрицы Екатерины II часы в виде утиного яйца, обеспечив проживание семьи изобретателя, его помощников и предоставляя все материалы. Часы были вручены императрице в Санкт-Петербурге 1 апреля 1769 года, после чего Кулибин был зачислен механиком Петербургской академии наук, а купец награждён тысячью рублей и серебряной кружкой с портретом императрицы и её дарственной надписью. С тех пор род Костроминых занял высокое положение в купеческом сообществе города, его представители часто избирались в городскую думу.


В 2021 году у Театра Драмы (Б.Покровская, 13) был установлен макет часов в форме яйца (разумеется, сильно увеличенный). Электронное табло отсчитывало время до наступления 800-летия города. После юбилея часы были оставлены на том же месте, теперь они просто показывают время. Не имея точного внешнего сходства с кулибинскими часами, они все же напоминают о подарке, который Кулибин преподнес императрице.

При генеральном межевании в центре Нижнего Новгорода у Мытного рынка Костромин приобрёл большой участок земли и по красной линии ул. Большой Покровской выстроил каменный двухэтажный дом на сводчатых «погребах». Автор проекта – архитектор Яков Ананьевич Ананьин (первый губернский архитектор с 1779 по 1794 годы), ученик великого Растрелли.

Точная дата постройки дома Костромина неизвестна. Одни называют 1770-е годы, на городском плане он появился в 1799 году. С тех пор дом неоднократно перестраивался, но в целом сохранил свой облик.

В начале ХХ века верхняя часть дома сдавалась под кинотеатр «Патеграф», владельцем которого был отец революционера Якова Свердлова – Михаил Свердлов. После смены власти в 1917 году верх был переделан в коммунальные квартиры, а внизу располагался магазин.

В 1996 году здесь открылся Учебный театр Нижегородского театрального училища имени Е.А. Евстигнеева. На сцене этого театра учащиеся получают замечательную актерскую практику.


Городская скульптура «Кошки и голуби» (на фасаде Б.Покровская, 4а)

Забавная скульптурная композиция «Охота на голубей» установлена на фасаде здания учебного театра «Нижегородского театрального училища». Две кошки изображены в момент охоты на трех голубей. Фигуры кошек и птиц отлиты из чугуна и бронзы челябинскими мастерами. Инициатором создания необычной скульптурной композиции стал Вадим Булавинов, бывший в 2005 году мэром города. Идея появилась после поездки Вадима Булавинова в Челябинск, где уже существовала подобная группа.

Б. Покровская, 8 – «Граверная и скоропечатная мастерская Свердлова» (Выставочный зал "Покровка, 8")


Здание построено во второй половине 40-х годов 19 века и в целом сохраняет свой первоначальный вид. На рубеже 19–20 веков два верхних этажа отводились под квартиры в наем, а первый этаж дома занимал магазин «Обувь».


Обращает на себя внимание черная под старину вывеска «Скоропечатная и граверная мастерская М.И.Свердлова, резьба печатей и производство каучуковых штемпелей. Фирма существует с 1881 года» над одноэтажным пристроем с левой стороны.


Приехавший из Саратова гравер Михаил (Моисей) Израилевич Свердлов открыл свою скоропечатную и граверную мастерскую, а сам до 1896 года проживал с семьей в комнатах позади лавки. Из большой семьи Михаила Свердлова двум его сыновьям – Якову и Залману (Зиновию) – суждено было добиться известности, но совершенно разными путями.


Сегодня в здании располагается музей «Покровка, 8»

Начало музею было положено в 1947 году, когда к 30-летию Октябрьской революции в здесь был создан мемориальный музей революционера Якова Свердлова. В 1958 году музей вошел в состав Горьковского историко-архитектурного музея-заповедника (сегодня НГИАМЗ).


В 2011 году на третьем этаже музея появилась выставка «Игрушечный музей», где можно увидеть игрушки из коллекции художника Александра Лаврова, которые были спутниками нескольких поколений детей XX века.


С 4 ноября 2019 года по 20 августа 2020 г. музей был закрыт на реконструкцию: здесь проведен капитальный ремонт, сделана перепланировка, появилось новое выставочное пространство. При этом был сохранен оригинальный паркет и другие детали интерьера.


Сейчас в здании возобновил свою работу мемориальный музей, посвящённый революционеру Я.М. Свердлову, и «Игрушечный музей» (в цокольном этаже).


Первые два этажа здания в настоящий момент занимает магазин сувенирной продукции «Нижний 800»



С правой стороны здания ранее располагался вход в арт-галерею «Кладовка». Этот небольшой выставочный центр был основан Павлом Плоховым; расположен по несуществующей улице Художников. Улица (на самом деле - узкий двор), уходящий в тупик, украшен в стиле поп-арта. В настоящий момент арт-галерея закрыта, будет ли возобновляться ее работа - неизвестно

Справка:

Яков Свердлов (1985-1919)


Принято считать, что революционная биография Якова Свердлова началась ещё в Нижнем Новгороде, когда юноше едва исполнилось 16 лет. Он использовал мастерскую отца в революционных целях: печатал прокламации, делал печати и штемпеля для партийных документов. Сюда поступала ленинская «Искра». Дом Свердловых также служил явочной квартирой нижегородских большевиков.


Свердлов был одним из руководителей Октябрьской революции, председателем ВЦИКа, являлся исполняющим обязанности Председателя СНК РСФСР после покушения на Ленина. Свердлов был инициатором «Красного террора».

А.В.Луначарский вспоминает о том, что из подпольной своей работы Яков Свердлов вынес два качества: первое - совершенно исключительное знание всей партии; десятки тысяч людей, которые ее составляли. Он, ничего никогда не забывал, знал заслуги и достоинства, замечал промахи и недостатки. Второе - организационное умение.


«…Я не знаю, каким именно оказался бы Свердлов организатором после вступления революции на путь медленной и трезвой реализации наших идеалов. Но в подпольной области, в интенсивной работе организатора-революционера он был великолепен. Этот опыта было достаточно для того, чтобы сделать из Свердлова создателя нашей конституции, чтобы сделать из него председателя ВЦИК».

Как пишет Р.Медведев в своей статье “Семья и родственники Я.М.Свердлова” (“Ленинское знамя”, 12 ноября 1989 г): «...для периода от весны 1917 и до весны 1919 года, именно Свердлов являлся вторым по влиянию и авторитету человеком после В.И.Ленина... Когда Ленин был тяжело ранен эсеркой Каплан, Свердлов стал на несколько недель фактическим главой Советского государства, и его подпись стоит под воззванием ВЦИК, объявляющим “красный террор” - “беспощадный массовый террор против всех врагов революции”».

Считается, что именно Свердлову принадлежал решающий голос в вопросе о казни не только Николая II, но и всех членов его семьи, включая детей.


Яков Свердлов прожил всего 34 года. Обстоятельства его смерти до сих пор не выяснены. Официальная версия гласила, что причиной смерти стало обострение легочных заболеваний, полученных в ссылках и тюрьмах (где Свердлов провел в общей сложности 12 лет). По другой версии, он умер от «испанки» (гриппа). Но распространился также слух, что в городе Орле Свердлов был избит рабочими, перед которыми выступал.


Имя Свердлова в советские годы носила ул. Большая Покровская.

Зиновий (Залман) Свердлов, старший брат Якова, также оставил свой след в истории. Он был очень дружен с Алексеем Пешковым (Максимом Горьким), в 1901 году они даже вместе были арестованы по обвинению в использовании мимеографа в целях революционной пропаганды.


В 1902 году Зиновий уехал в Арзамас, где в то время жил в ссылке Максим Горький, и участвовал в читке его новой пьесы «На дне» в роли Васьки Пепла. В. И. Немирович-Данченко, для которого и устраивалось представление, нашёл у него драматические и музыкальные способности и предложил ему начать специальное музыкальное и артистическое образование. В 1902 году Зиновий пытался поступить в Императорское филармоническое училище в Москве, но не был зачислен: лица иудейского вероисповедания (за некоторыми исключениями) не имели права жить в Москве. 30 сентября 1902 года Зиновий принял православие и получил от Горького, который стал его крёстным отцом, отчество и фамилию — Пешков. Узнав об этом, отец Зиновия отрёкся от своего сына.


С 1903 по 1904 год Зиновий проходил обучение в школе Московского художественного театра. В 1904 году эмигрировал в Канаду, затем США и Италию, главным образом проживал у Максима Горького, фактически усыновившего Зиновия. В дальнейшем эмигрировал во Францию, с началом Первой мировой войны поступил в Иностранный легион. В боях на потерял правую руку, был награжден и, несмотря на инвалидность продолжал служить. Его фронтовым другом был Шарль де Голль, будущий глава Французского государства. Связей с оставшейся в России семьёй не поддерживал. Участвовал и во Второй мировой войне, стал генералом, кавалером пятидесяти правительственных наград.


Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем. Завещал, чтобы в его гроб положили православную икону, военный крест с пальмовой ветвью, Большой крест Почетного легиона и портрет Максима Горького.


Театральная пл. - памятник Добролюбову

Недалеко от театра драмы находится памятник Николаю Александровичу Добролюбову. Н.А. Добролюбов (1836 - 1861) – русский литературный критик, поэт, публицист и философ, представитель т.н. «революционной интеллигенции». Он прожил всего 25 лет, но за свою жизнь успел написать сотни статей, рецензий, высказать определенные взгляды на общественный строй и воспитания детей. В России середины 19 столетия он играл примерно ту же общественную роль, что в нашей жизни – блогеры-миллионники, пишущие на остросоциальные темы.

Памятник был открыт в 1986 году. Возведен он в честь 150-летия со дня рождения знаменитого литературного публициста и критика.

Авторы проекта — народный художник РСФСР, почетный гражданин города Горького, скульптор Павел Иванович Гусев и заслуженный архитектор РСФСР Борис Сергеевич Нелюбин. Скульптура отлита на заводе художественного литья в Ленинграде.

Дом, где родился Добролюбов, располагался буквально в двух шагах отсюда, на современной улице Пожарского (не сохранился). Рядом (Лыкова дамба, 2) находится единственный в России музей Добролюбова – в доме, где будущий литературный критик провел детские годы. Здание отеля «Шератон» стоит на месте Никольской Верхнепосадской церкви, где служили его отец Александр Иванович и дед по линии матери Василий Покровский.

Справка

Николай Александрович Добролюбов (1836-1861) появился на свет в семье священника, получил домашнее образование, затем окончил Нижегородскую семинарию. Хотя изначально его готовили к священнической карьере, в 1853 году уехал поступать в Педагогический институт в Санкт-Петербург, где начался его блистательный путь публициста и литературного критика. Даже те, кто мало знаком с творчеством Добролюбова, наверняка со школьной скамьи помнят его слова о «луче света в темном царстве» (о Катерине, персонаже пьесы Островского «Гроза»).


Он по праву считался гениальным сатириком и остроумным пародистом, часто публиковался в журналах, особенно в «Свистке» - литературном приложении журнала «Современник».

В 16 лет Николай сел за труд написания истории земли нижегородской. Он фактически мог бы стать первым нижегородским краеведом, но этому не суждено было сбыться. Смерть в один год обоих родителей, сделавшая его единственным кормильцем в большой семье, заставила Добролюбова отказаться от этого честолюбивого плана, требовавшего больших временных затрат и не сулившего дохода.

Писатель за свою непродолжительную жизнь успел совершить многое, что другим не удавалось. Но его организм не выдержал такого напряжения, и в возрасте 25 лет писатель умер от туберкулеза. Он был похоронен в Санкт-Петербурге, на Волковском кладбище. Могила Добролюбова стала одной из первых на участке, где позже были захоронены многие другие русские и советские деятели культуры и учёные – т.н. «Литераторские мостки»

Именно Добролюбову Некрасов посвятил строки:

«Какой светильник разума угас!

Какое сердце биться перестало!»

Многие идеи, которые выдвигал Добролюбов, актуальны и до сих пор. Он призывал учить детей мыслить самостоятельно, уважать человеческую природу, воспитывать на собственном примере, развивать грамотность.

Для XIX века, где воспитание базировалось на полном жестком подчинении старшим, на использовании телесных наказаний, такие идеи были очень необычны и вклад Добролюбова в педагогику был очень значим.

Имя Добролюбова носит Нижегородский государственный лингвистический университет.





Городская скульптура «Веселая коза» (на Театральной площади)

Связь козы с Нижний Новгородом самая прямая, хотя и весьма необычная. На нижегородском гербе изображен олень, но когда герб рисовали местные провинциальные живописцы (например, на вывесках питейных заведений), благородный олень у них часто выходил похожим на обычную козу.

Так, в очерке знаменитого журналиста В.А. Гиляровского «Нижегородское обалдение» о выставке 1896 г. читаем: «На декорированных стенах ресторана, как во всех павильонах выставки, висели гербы Нижнего Новгорода, причем фигура герба — олень, выкрашенный в красную краску,— вызывала веселое настроение: уж в очень игривой позе этот олень был изображен живописцем. Амфитеатров, когда приглашал кого-нибудь в ресторан, всегда говорил:

— Пойдем под веселую козу!

А потом с его легкой руки это прозвание перешло и на всю выставку.

— Когда муж-то вернется? — спрашивают в Москве купчиху.

— А хто его знает! Под веселой козой загулял!»

Так что «Веселая коза» - это неофициальное юмористическое наименование нижегородского оленя.


С козой связана и одна из нижегородских легенд. В XVII веке в Кунавинской слободе в разгар Великого поста случился пожар – ночью загорелись дворовые постройки. Огонь напугал спавшую в хлеву козу, та в панике вырвалась из сарая, поскакала по улице, наткнулась на пожарный столб и подняла набат, запутавшись рогами в веревке от колокола. От звона горожане проснулись и потушили пламя. Невзирая на пост, кунавинцы устроили шумную гулянку по случаю избавления от огненной напасти. С тех пор появилась традиция справлять в середине поста «козью масленицу» с выпивкой, угощением и чествованием козы, которую, украсив лентами, водили по улицам. Как ни боролись с этим языческим беззаконием представители духовенства, до самой революции «козьи масленицы» в Кунавино продолжались, собирая массу желающих отдохнуть от строгостей поста.

В 1993 году на нижегородской земле впервые был проведен всероссийский фестиваль театральных капустников. Эмблемой фестиваля выбрана была веселая коза. Ее в 2005 году увековечили в бронзе.


Театральная пл., 13 – Театр Драмы

История создания городского театра восходит к 1798 г., когда князь Николай Григорьевич Шаховской открыл в Нижнем Новгороде первый публичный театр. 7 февраля состоялся его первый спектакль по комедии Д. И. Фонвизина «Выбор гувернёра».

Первая труппа театра состояла более чем из ста крепостных актёров. Под театр был перестроен один из городских домов князя на углу улиц Большой и Малой Печерских (Пискунова) - сейчас на этом месте находится Речное училище. В нём имелось 27 лож, 50 кресел, партер на 100 человек и верхняя галерея на 200 человек. Небольшая площадь перед зданием, — одна из двух в городе, вымощенных камнем, — стала называться Театральной. Репертуар театра не отличался от столичного, и включал, кроме комедий и трагедий, ещё оперы и балеты.

Чтобы оповещать о начавшихся представлениях, стали вывешивались афиши-объявления.

Также наняты были профессиональные городские зазывалы, а непосредственно перед представлением на площади перед театром играл оркестр, стараясь при этом производить как можно больше шума. Публику завлекали и обещанием бесплатной водки. На первых порах приобщение нижегородцев к новому виду зрелищ проходило туго. Сказывалась неразвитость вкуса горожан, предубеждение против подобных зрелищ. Сначала приходили те, кому пригласительные билеты приносили на дом, да редкие любопытные и скучающие. И чтобы театр не казался пустым, на непроданные места приглашали в меру чистых и опрятных людей с улицы бесплатно. Но вскоре театр развернулся, а с переездом в Нижний Ярмарки, представления стали давать и там, собирая за время работы на ярмарке половину годового дохода.

С самого начала противниками театра выступили представители церковной власти, требуя вынести «зрелище сатанинское» далеко за пределы города. Губернатор Вяземский, человек умный и достаточно просвещенный, ответил, что пусть лучше горожане «созерцают благонравные, Отечеству полезные пьесы и оперы, нежели будут таиться в своих домах и мечтать о запрещенном», да и вообще театр является «полезной забавой, разгоняющей лень жителей города».

Нравы в театре не отличались гуманностью. За провинность актеров наказывали, в ходу были и палки и розги, и рогатки. Дощатый барак для актеров был разделен на две половины – мужскую и женскую. Всякое общение лиц противоположного пола было строжайше запрещено. До 25 лет актрисе запрещалось даже думать о подобных глупостях, после 25 лет ей подыскивали жениха из крепостных. Молодых венчали, а после князь сам одаривал невесту достойным приданым и продуктами на пир. В афишах настоящие имена крепостных артистов не указывались, только благозвучные псевдонимы. Если же в постановке принимал участие приглашенный артист, то перед его фамилией ставилась буква «Г». Чтобы крепостные актерки натуральнее изображали дам из благородного общества, Шаховской поочередно назначал их в компаньонки к своей жене, где госпожа и рабыня проводили время в беседах, чтении, рукоделии. С этой же целью актеров вывозили в Москву, дабы они учились мастерству у своих коллег из Малого театра. После кончины князя В 1824 г. оба театра – и городской и ярмарочный – попали в руки его безразличных родственников. В конце концов, театр со всем имуществом и артистами был продан, актеры получили вольную с условием – отработать свою цену в течение 10 лет.

В 1827 году два богатых театрала Распутин и Климов купили театр, включая декорации и труппу, за 100 тысяч рублей. Блестящий период в истории театра продолжался до 1838 года, когда началась череда смен хозяев. Качество игры упало, убытки от содержания театра росли. В 1853 году театр сгорел.

В 1830-х годах Николай I определил место для Театральной площади на Большой Покровской. Отсутствие у города средств на выкуп земли у частных владельцев и строительство постоянно отодвигало реализацию проекта.

1 декабря 1855 года театр открылся вновь на Благовещенской площади (ныне – площадь Минина и Пожарского), в доме, построенном Петром Егоровичем Бугровым, стоявшим на месте современного «Дворца труда». Бугров предполагал использовать здание в качестве доходного дома, но большой любитель театра губернатор князь М. А. Урусов попросил сдать его под театр. Дела театра шли плохо, антрепренёры менялись, аренда платилась неисправно, и сын Бугрова Александр потребовал выселения театра. В 1862 году здание было выкуплено губернским предводителем А. А. Турчаниновым, и после его смерти в 1863 году снова сдано под театр.

В 1894 году в преддверии Всероссийской промышленно-художественной выставки городская Дума собиралась отремонтировать здание театра, пострадавшее от нескольких пожаров. Но гласный Думы Николай Александрович Бугров, не желавший видеть театр в доме, построенном его дедом, по соображениям старообрядческого благочестия, предложил 200 тысяч рублей для постройки нового здания на Большой Покровской. Дума добавила от себя 50 тысяч, испросила субсидию в правительстве, и через два года новый театр был построен. Автором проекта был главный архитектор императорских театров академик В. А. Шретер, а работами руководил молодой нижегородский архитектор П. П. Малиновский. Театр открылся в день коронации Николая II 14 мая 1896 года парадным спектаклем — оперой Михаила Ивановича Глинки «Жизнь за царя» (сегодня мы ее знаем как оперу "Иван Сусанин") с участием молодого Фёдора Ивановича Шаляпина.

По ходатайству городской думы «в благодарное воспоминание блаженной памяти в бозе почивающего императора Николая I, собственноручно начертавшего в городском плане место для постройки здания», театр получил имя Николаевский.

1 сентября 1896 года драматическая труппа, возглавляемая Н. И. Собольщиковым-Самариным, открыла новый сезон драмой А. И. Сумбатова-Южина «Листья шелестят». Собольщиков-Самарин писал о новом театре: «Я был в восторге от нового здания. Все в нём радовало меня. Мне казалось, что в этом прекрасном здании, залитом электрическим светом, я забуду тернистый путь провинциального актёра, что здесь осуществятся все мои радужные мечты о настоящем художественном театре. Каждый раз, когда я входил в новый театр, меня охватывал какой-то трепет, и я ловил себя на том, что проходил по его коридорам на цыпочках, благоговейно».

В XIX веке на этой сцене дебютировали две выдающиеся русские актрисы: Пелагея Стрепетова, уроженка Нижнего Новгорода и Любовь Никулина-Косицкая. В разные годы играли Щепкин, Ермолова и молодой актер Алексеев, Станиславский и Комиссаржевская.

В 1948 году Нижегородскому государственному театру драмы было присвоено имя Максима Горького. В 1949 году в связи со 150-летием со дня основания театр награждён орденом Трудового Красного Знамени. В 1968 году театру присвоено звание «академический» — второму из периферийных театров России.

Нижегородский театр драмы - единственный в стране, на сцене которого, начиная с 1901 г. были поставлены все пьесы Горького и отдельные инсценировки его прозы.

Справка